Книга Гарем на шагоходе. Том 11, страница 99 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Вампирша медленно провела тыльной стороной ладони по губам, стирая капли крови.

— Ещё желающие пошутить? — с улыбкой спросила она.

Пеликан первым вышел из ступора. Он понял, что переговоров не будет. Что это конец.

— ОГОНЬ! — заорал он. — УБИТЬ ИХ ВСЕХ!

И в ту же секунду воздух взорвался. Десятки стволов выплюнули свинец. Пули целым роем устремились к Кармилле и её спутникам.

Белоснежные пряди альпов, ещё секунду назад лениво развевавшиеся на ветру, ожили и взметнулись, превращаясь в мельтешащий непробиваемый кокон. Искры сыпались во все стороны, будто кто-то пытался заточить кусок металла о бетонную стену.

Пули, деформированные, сплющенные, отлетали в сторону рикошетами. Но ни одна не ранила вольников. Никакой случайности. Вампиры просто не хотели портить свой ужин.

Грохот стих, паутина волос опала.

Вольники замерли. Их пальцы, готовые снова нажать на спусковые крючки, онемели. Рты приоткрылись в коллективном, беззвучном охренении. Да, многие из них знали, что так будет. Но всё равно надеялись, что плотный огонь проймёт альпский щит.

— Чёртовы патлы! — проскрежетал Саблезубый, меняя магазин.

Волосы Кармиллы медленно вернулись в исходное состояние. Ни единый волосок не упал с её головы.

— Неплохо для полукровки, — раздался рядом язвительный голос.

Кристалл подошла ближе. Её лицо исказила презрительная усмешка, а красные глаза с смотрели на сестру. Длинные, идеально белые волосы тоже опустились и водопадом хлынули на плечи.

— Правда, обрати внимание, насколько мы, чистокровные, делаем это изящнее, — добавила она, проводя пальцем по одной из своих прядей. — Но тебе, с твоей человеческой кровью, простительно.

— Блин, это же реально вампиры… — прозвучал голос из толпы вольников. Очевидно, он принадлежал новичку, который попал в банду уже после исчезновения Кармиллы.

Что ж, матёрым воином дорог он уже не станет.

Началась бойня.

Белые волосы метнулись вперёд. Они двигались с нечеловеческой скоростью, рассекая воздух со свистом. Они изображали кнуты, щупальца и очень гибкие лезвия.

Лазарус махнул головой. Его волосы, сплетясь в один тугой жгут, хлестнули по группе из пяти вольников. Раздался омерзительный, влажный хруст ломающихся костей, и пять тел, как сломанные куклы, рухнули на землю. Бугай неспеша подошёл и принялся за трапезу.

Изольда даже сейчас выглядела как роковая женщина. И действовала изящнее. Её волосы, разделившись на отдельные волоски, пронзили воздух. Вольники, стоявшие перед ней, взвизгнули и начали падать, их тела дёргались в конвульсиях. Она не убила их. Она парализовала их, пронзив нервные узлы. Чтобы насладиться их страхом. Чтобы выпить их тёплую, полную адреналина кровь, не спеша.

Валериус двигался с аристократической грацией. Он не суетился. Он просто шёл вперёд, а его волосы, как послушные слуги, делали всю грязную работу. Они ломали руки и ноги, оставляя вольников лежать в пыли и кричать. На его холодное аристократическое лицо то и дело попадали брызги крови, потому что не все члены его группы действовали так же чисто.

Никс и Эреб, например, ни в чём себе не отказывали. Обычно спокойные, безучастные, сейчас они расцвели и полностью отдались насилию. Попадавшие в их лапы вольники очень быстро теряли кровь, а затем превращались в разорванные на куски останки.