Книга Гарем на шагоходе. Том 11, страница 7 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Похоже, его капитан сильно разозлился и наплевал на приоритетную цель.

«Кинг-Конг» перестал обращать на нас внимание.

Он развернулся всем своим массивным корпусом, и, опустив уцелевший левый кулак-молот, как опору, ринулся на «Мехатирана». Земля задрожала от его скачков. Это была атака чистой, первобытной ярости.

— А вот это уже по-нашему! — донёсся из динамиков довольный рык Беркута. — Иди сюда, обезьяна-переросток! Посмотрим, чьи кулаки крепче

С оглушительным грохотом, сотрясая выжженную землю, «Кинг-Конг» ринулся на «Мехатирана». Четыре с половиной тысячи тонн стали, приводимые в движение форсажными сервоприводами, порождали локальное землетрясение.

Он нёсся к Беркуту. Прямо в борт. Его уцелевший кулак-молот готовился обрушиться на стального тираннозавра и превратить его в груду металлолома.

— Беркут, слева! — заорал я в эфир, но было уже поздно.

Я смотрел, как гигантская механическая горилла несётся на «Мехатирана».

«Кинг-Конг» был не просто Волотом. Это был кошмар инженера, воплощённый в металле. Каждое его движение, каждый шаг многотонной туши, сотрясавший землю, был пропитан первобытной, животной яростью. Его руки-манипуляторы, заканчивающиеся кулаками размером с небольшой дом, созданы не для тонкой работы. Они созданы, чтобы крушить.

И пусть он лишился возможности бить правой, но левая у него в порядке.

Этого хватит, чтобы устроить проблемы.

— Беркут, твою мать, уходи! — заорал я в канал связи, хотя понимал, что это бесполезно.

Старый вояка упрям, как осёл, и горд, как павлин. Отступать он не собирался. Его «Мехатиран», высокий и хищный, уже разевал свою пасть-гаубицу, готовясь выплюнуть в морду горилле порцию справедливости калибром в 203 миллиметра. В глубине его металлического зева уже вспыхнули датчики, похожие на предвестников извержения вулкана.

— Сейчас я ему покажу, как бананами кидаться! — донёсся из динамиков рык Беркута.

Но «Кинг-Конг» двигался быстрее.

Он не стал ждать, пока его угостят бронебойными. В тот самый момент, когда «Мехатиран» был готов выстрелить, механическая горилла сделала последний, чудовищный рывок. Её левый кулак, сверкнув в лучах заходящего солнца, со свистом, от которого, казалось, мог лопнуть воздух, врезался в челюсть тираннозавра.

БАБАМ!!!!!!

Звук был таким, что у меня заложило уши даже внутри бронированной рубки.

Чудовищный скрежет металла. Снопы искр, похожие на фейерверк из преисподней, осыпали всё вокруг. Удар оказался такой силы, что «Мехатиран», весивший несколько тысяч тонн, покачнулся и едва устоял на ногах.

Тяжёлый кулак-молот из вольфрамо-осмиевого композита снова замахнулся для удара, способного не просто проломить, а расплющить броню.

— Чёрт, Беркут! — заорал я.

Второй удар пришёлся под челюсть динозавра.

Апперкот получился настолько смачным, что эфир разорвало воплями экипажа «Мехатирана». Сейчас их всех дёрнуло вверх с диким ускорением, и если кто-то забыл пристегнуться, но наверняка переломал себе кости. От удара динозавр буквально подпрыгнул на месте, а затем сделал несколько бездумных шагов назад.

Он пятился задом, грозясь зацепить нас вихляющим хвостом-балансиром.

— Кармилла! — заорал я, вцепляясь в подлокотники.

— Вижу, дорогой, не ори! — прошипела вампирша, её пальцы заплясали над пультом.