Книга Гарем на шагоходе. Том 1, страница 99 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Звук от трансляции был не очень громким, потому что лиходарскую команду принимали в Яснограде, и комментатор всячески поливал гостей помоями.

— Помню времена, когда комментаторы были нейтральны и болели за красивый спорт хотя бы на словах. Знали все про каждого спортсмена и умело занимали паузы, а не шелестели упаковкой от чипсов в микрофон, — сказал Ворон, хотя собеседник давно его не слушал. Тучное тело аголита уже уткнулось мордой в тарелку. С каждым сипом свиноподобного забулдыги в баланде шли пузырьки.

— Повторить? — подошла к Ворону барменша. Та самая девица с повязкой на глазу и великолепными округлостями под белой блузой.

Правда, сегодня она не стала выставлять свои прелести на показ. И даже пиратскую треуголку не надела. Ворон не стал ее распинать, хотя неуставная форма ему не нравилась.

Хозяин бара кивнул, и его стакан мгновенно наполнился светло-зеленым напитком — прорисейским виски. Довольно дорогое пойло, от которого совсем не болела голова. Опустошив стакан, Ворон плюхнул его об стол. Девушка сразу же наклонила бутылку, собираясь наполнить снова, но Ворон остановил ее ладонью.

— Пока достаточно.

Его внимание привлек шум, доносящийся от одного из карточных столов. Некий хорнид заподозрил человека в шулерстве, а тот все отрицал. Неправильное поведение против этих зверей. Если бы он повысил голос в ответ и достал из кобуры пистолет, то сумел бы остановить драку. Но если начать блеять и оправдываться, хорнид обязательно ударит. Так уж они устроены.

Взяв человека за грудки, козлоподобный гуманоид поднял его на вытянутых руках и тяжело засопел.

Послышался щелчок взводимого курка.

Ворон никогда не взводил его заранее, потому что этот звук действует на горячие головы отрезвляюще. Вот и сейчас ему моментально удалось привлечь внимание всех в баре, включая взбешенного хорнида.

— Ведите себя прилично или разбирайтесь на улице. Не мешайте наслаждаться игрой, — буднично велел Ворон и убрал ствол, только когда участники назревающей драки успокоились.

— От этих хорнидов вечно одни проблемы, хозяин, — покачала головой одноглазая барменша. — Спиртное не пьют, едят одну зелень. Только и делают, что оплачивают место да норовят устроить драку.

— Могло быть и хуже, — философски изрек Ворон. — Представляешь, что эти рогатые ребята бы вытворяли подшофе?

— Вы еще не надумали ввести фейсконтроль?

— С хорнидами сложно договориться, но это вовсе не значит, что нужно оставлять их за порогом. Ущеми одного из них в чем-то, и завтра все стадо будет здесь. Если мне поставят фингал, я хотя бы буду видеть вторым глазом. Насчет тебя не уверен.

— Очень смешно, — насупилась барменша. — Я глаз потеряла, когда банды устроили на улице Лиходара перестрелку за контроль над кварталом. Успела спрятаться за углом дома, но пуля выбила осколки из кирпичной кладки.

— Да знаю я твою историю, знаю, — устало сказал Ворон. — Беспредел имеет такое свойство — зацеплять невинных жертв. Но этому придет конец, вот увидишь. Не сегодня и не завтра, но городские конгломераты снова соберутся в крепкое единое государство. А пока остается принять ту реальность, в которой мы живем.

Барменша скептически на него посмотрела. Она подозревала, что Ворон и сам связан с бандами, но помалкивала о своих догадках, потому что была вовсе не так глупа, как думали посетители бара, оценивая ее фигурку и прическу.