Книга Душеприказчик поневоле, страница 134 – Лев Котляров

— Я совершенно не удивлен ответом, — зло сказал я. — Вечно не появлялся дома.

— Дорогие мои, — Светломира встала между нами. — Не ругайтесь. Вам пора уже помириться. И научиться говорить, как два взрослых человека.

Отец ничего не ответил, а я скрестил руки на груди.

— Расскажи, что случилось, — она положила ладонь на плечо отца. — Почему у тебя возник такой вопрос про прабабушку?

— Филипп Петрович сказал, что примерно в это время у нее пропало украшение из шкатулки.

— Из шкатулки? — вдруг спросил отец.

— Ты что-то знаешь? — я впился в него глазами.

— Ирина Александровна в последние годы жизни была уже не в себе. Говорила много, но не разборчиво и перескакивая с темы на темы. Только Филипп мог с ней хоть как-то общаться.

— Скажите честно, вы просто избегали ее! — раздраженно процедил я. — Что ты, вообще, помнить-то можешь?

Слова прабабушки были единственной зацепкой, а он мне говорит, что ее никто не слушал! Не удивительно, что она обратилась к начальнику охраны.

Силуэт Виктора Семеновича задрожал и почти исчез в алых завитках тумана. Светломира покачала головой.

— Дорогой, вспомни, пожалуйста, — она взяла отца за руки. — Мальчику сейчас важна любая мелочь! Шкатулка, украшение, что еще?

— Обруч или браслет. Золотой. Выглядит как пружина, — подсказал я ей. — Тогда Валерий уже уехал на службу, а в доме бывал твой второй брат. Может, отдали в чистку и забыли забрать?

— Чистку? — встрепенулся отец. — Что-то такое было. Обычно таким занимается прислуга. Одно время мы сталкивались с тем, что не все возвращалось. Да, точно. Но это все неизменно находил Филипп. У него свои методы работы. А вот как-то был случай, не уверен, что это связано с браслетом, но Ирина Александровна вела себя просто невыносимо где-то неделю. Мы даже вызывали семейного доктора. Тот разводил руками и говорил про сильное потрясение.

— И когда это было? — я даже шагнул ближе к нему.

— Через три дня после того, как отец составил завещание. Он разделил имущество неравными долями. И поставил нас троих перед фактом, что я получаю практически все, Владимир должна достаться какая-то земля на границе империи, а Валерию — денежное содержание. Его тогда целиком обеспечивала армия, а там не так густо с деньгами.

— И как это принял Владимир?

— Страшно разозлился, но потом очень быстро успокоился. Он после этого начал активно работать и достиг немалых вершин. Отец с самого начала видел в нем потенциал, других причин для такого странного завещания у него не было.

Простое ли это совпадение? Или средний брат решил выкрасть украшение безумной родственницы, чтобы поправить финансовое положение?

Когда я спросил Виктора Семеновича, мог ли его брат украсть браслет прабабки, отец аж посинел от злости. Пять минут мы со Светломирой слушали его возмущенное шипение на тему чести, достоинства семьи и ее ценностей.

Магия волнами расползалась по Изнанке, простреливая иглами по нервам и не давая нормально дышать. Остальные призраки на всякий случай отползли подальше, чтобы не попасть под очередную вспышку.

Мы со Светломирой не мешали графу выплескивать эмоции, а тихо переговаривались, обсуждая кражу браслета. И за разговором совсем пропустили появления Греты.

— Что это вы тут творите⁈ — крикнула она, спрыгнув с валуна. — Вы мне так все души распугаете!