Книга Легендарный Повар 2, страница 43 – Лев Котляров, Гриша Гремлинов

— Торк, — обратился к нему первый гном, — тут к тебе из трактира, за солью.

— За солью, — проворчал Торк, не поднимая головы. — Всем нужна соль. А где я её возьму? Соли на всех не хватит!

— У нас деньги есть, — спокойно сказал я.

— Деньги у всех есть, — отрезал Торк, наконец поднимая глаза. — Только соли от этого больше не становится. Вон, солнце жарит, ветер сушит, выпарки идут, а тут ещё вы со своим трактиром. И кот у тебя на плече сидит как у себя дома. Сними его, нечего тут.

Бекон, услышав это, демонстративно разлёгся на мне пушистым воротником и оттуда уставился на гнома с выражением глубочайшего презрения. Грумхильда, которая к этому моменту уже распрямилась и теперь стояла, потирая затёкшую спину, не выдержала.

— Слушай, уважаемый, — сказала она, и её голос прозвучал неожиданно громко для такого помещения, — ты бы не ворчал попусту. Нам нужна соль, мы приехали за ней, а не затем, чтобы твои жалобы выслушивать. У нас, между прочим, тоже день не сахарный выдался, и солнце жарит, и ветер дует, и кот на плече сидит, но мы же не жалуемся.

Торк удивлённо поднял брови и посмотрел на Грумхильду с интересом.

— Орчиха, — констатировал он. — С норовом. Ну, хоть кто-то из вас дело говорит. Ладно, садитесь. Соль у меня есть, но цена нынче кусается. Князь все поставки перекрыл, теперь каждый мешок на счету. Всё ему идёт.

— Мы не князь, — сказала Грумхильда, усаживаясь на низкую скамью. — Мы простые люди. Вернее, орчиха, повар и кот, но платим честно и товар берём не разово, пусть и не много. Если договоримся, каждые две недели будем приезжать.

Гном задумчиво пожевал губами и перевёл взгляд на меня:

— А ты что молчишь, Винтер? Язык проглотил?

— Слушаю, — ответил я. — Пока что вы только ворчите.

— Дерзкий, значит, — он хмыкнул. — Ну-ну.

Он поднялся и направился к лестнице, но на полпути вдруг обернулся, и его взгляд упал на Бекона, который всё ещё сидел у меня на плече, и вдруг замер. Он прищурился и вдруг сделал шаг обратно.

— Постой-ка. Это не тот ли кот, про которого на рынке болтали? Что рыбу украл, а потом помог целую банду воришек от тюрьмы спасти?

— Тот самый, — подтвердил я, с трудом сдерживая улыбку.

— А судака, получается, ты жарил?

— Я.

Торк ещё раз оглядел меня, на этот раз куда внимательнее, задержав взгляд на поясе. Его глаза сузились, и он вдруг шагнул ближе, почти вплотную, разглядывая мой нож.

— А это что у тебя? — его голос прозвучал уже без прежнего ворчания, но с цепким интересом. — Какой интересный у тебя нож. Знакомая работа, дай-ка посмотреть.

Я вытащил нож из ножен и рукояткой вперёд протянул ему. Торк взял его бережно, как священную реликвию, провёл пальцем по лезвию и вдруг издал звук довольное хмыканье.

— Хрюз, — сказал он. — Старый пройдоха Хрюз. Его работа. Я её из тысячи узнаю. Где взял?

— Купил у него в лавке. Пять с половиной серебра.

— Пять с половиной? — Торк поперхнулся. — Да он за такие деньги и родной бабушке не продаст! Значит, ты ему понравился. А если Хрюзу понравился, то и мне, может, сгодишься.

Он вернул мне нож и, уже не ворча, сел обратно за стол.

— Ладно, Винтер. Давай к сути. Соль у меня первого сорта и лучшая в округе. Цена за мешок — два серебра. Сколько берёшь?

— Два серебра? — переспросил я. — Это грабёж. Серебро и двадцать меди.