Книга Легендарный Повар 2, страница 123 – Лев Котляров, Гриша Гремлинов

К слову о них, как раз из-за ратуши вышли четверо дюжих парней с деревянными коробами. Каждый из них без какой-либо заминки подошёл к нужному столу и поставил свою ношу.

Я уже взялся за крышку, как взгляд скользнул на угол ящика, где на чёрном дереве был вырезан крошечный крестик. О нём меня и предупреждал Матвей. Вот же ж князь, зараза, всё-таки решил устроить мне подставу! Не думал, что он это сделает на глазах у всего города.

Внутри меня начала сворачиваться ледяная пружина. Князь даже не боится и уверен, что ему такое сойдёт с рук. У него, что, разведка плохо работает? Или он считает, что я молча проглочу такое, опущу руки и уйду с позором? Я бросил взгляд в сторону его палатки, но Свиридова не увидел. Хитрый жук!

Осталось решить, что делать дальше. Указать на метку, сочтут ерундой, мол, это не доказательство. А тем временем заговорщики сделают невинные лица, а диверсанты уже скроются. Нет, сделаю-ка я по-другому.

Я спокойно выдохнул и, не дав плечам дрогнуть, открыл ящик. Первым в нос ударил запах, а уж потом я всё увидел своими глазами. Все продукты хоть и были на вид приличными, но, кажется, их очень долго продержали на солнце. Они заветрились и уже начали портиться. Я даже не стал проверять их навыком, только ману зря потрачу.

В любом случае готовить я из этого не собирался. Это неуважение к судьям, да что к судьям, к самому себе! Но, раз князь решил, что может так себя вести, то почему бы не ответить ему тем же?

Я с грохотом поставил на стол крышку и громко произнёс:

— Уважаемый бургомистр! Уважаемые судьи! Я прошу проверяющего осмотреть мой ящик с продуктами.

Толпа замерла, как лес перед летней грозой. Я чувствовал, как сотни взглядов буравят мой затылок, а тишина становится осязаемой, густой, как кисель. Бекон за моей спиной издал низкое, утробное «мр-р-р», и этот звук эхом разнёсся по притихшей площади.

— Что, не нравится набор? Мало мяса? Или чего-то другого? — грозно спросил бургомистр, и его пышные усы воинственно топорщились.

— Всего лишь просьба о проверке, — ответил я, не меняя голоса. — Лишь прошу проверить, что мой набор ничем не отличался от продуктов остальных участников.

Шепоток в толпе перерос в гул. Сухонький чиновник недоумённо вскинул брови, глянул на бургомистра и, получив кивок, подошёл к моему столу. Лицо проверяющего было бледным и покрытым бисеринками пота. Он остановился в метре от меня и вытянул шею, с любопытством разглядывая мои продукты.

Через мгновение его лицо исказилось, словно ему подбросили ядовитую змею. Проверяющий оглянулся на бургомистра, тот недовольно сдвинул брови. Старик дрожащей рукой достал кусок мяса, показал его судьям и тут же бросил его, едва сдерживая рвотный порыв.

— Продукты… — голос его дал петуха.— Продукты несвежие! Мясо с душком, молоко прокисло, мука с мусором…

Он с ужасом посмотрел на бургомистра и судей.

Как только его слова услышали, площадь взорвалась возмущениями. Свист, улюлюканье и крики смешались в единый рёв. Вересов на судейском помосте вскочил, расплескав воду из стакана, и его дрожащий голос врезался в общий шум: «Это провокация!», но его никто не услышал.

Шубин отставил вино и глянул в сторону палатки Свиридова, а потом демонстративно сделал несколько хлопков в ладоши. Это движение не укрылось от меня, и я мысленно усмехнулся.