Книга Код идеальной магии 1, страница 14 – Лев Котляров

Я сел и яростно растер лицо. Кошмар был настолько реальный, что у меня болела кожа на ладонях.

Через минуту я стоял в уборной и смотрел на себя в зеркало ошалевшим взглядом.

Сон или воспоминание? Надеюсь, что первое. Но уверенности в этом не было.

Взбодрившись, я завернул на кухню и вяло начал ковырять вилкой в тарелке с макаронами. Есть не хотелось, но занять себя было нечем.

Я вспомнил про карточку, которую вытащил из мундира охранника.

— Афанасьев Игорь Львович, — прочитал я мелкий почерк, — дата рождения: тысяча восемьсот девяносто пятый. Молодой какой, а уже умер.

Сказал и вдруг подумал, что меня совсем не трогает его смерть.

— Алекса, запись.

— Запись активирована, — сказала она и на мгновение запнулась. — Тимофей Викторович, какую систему исчисления времени мне использовать?

— Как думаешь, если мы с тобой попали в другой мир, — сейчас я уже готов сам в это верить, — то какую?

— Логичнее предположить, что местную. Я вас поняла, Тимофей Викторович.

— Тогда продолжим.

— Семнадцатое марта тысяча девятьсот восемнадцатого года, шестнадцать двадцать.

— Помимо физических изменений, я заметил искажение внутренней системы ценностей. Это наводит на мысль, что мое сознание было перенесено сквозь время и пространство. Но совпадение имен и частично внешности приводит меня к очевидному факту: в нашей вселенной все-таки есть параллельные миры. У объекта, в котором я нахожусь, не стерта личность. Скорее всего, ее остатки сохранились в коре головного мозга.

От дальнейших рассуждений меня отвлек деликатный стук в дверь.

— Алекса? — я приподнял бровь.

— Тимофей Викторович, у меня нет доступа к внешним камерам наблюдения.

— А они тут есть?

— Отсутствуют.

— Ну и чего ты тогда? — проворчал я. — Кого там принесло на суперсекретную квартиру Вощеного?

— Судя по характерному звуку шагов и стука, там находится женщина.

Я не ответил, но по привычке кивнул. Может, это обещанная прислуга?

Через небольшое отверстие со стеклом мне была видна миловидная барышня в домашнем халате и с бигуди в волосах.

Нахмурившись, я приоткрыл дверь на всю длину цепочки, прикрученной к косяку.

— С кем имею честь? — резко спросил я.

— Соседушка! Дорогой! — барышня повернула ко мне ярко накрашенное лицо и сразу же пихнула ногу в пушистом тапочке в щель. — Спасай! Соль закончилась, а у меня помидоры на засолку стоят! Только ты можешь меня выручить!

Это звучало несколько наигранно, что я разом передумал пускать ее в квартиру.

— Мы с вами не знакомы.

— Вот и повод! Обещаю, что одну банку вам в знак благодарности принесу! Пожалуйста-пожалуйста!

Она изогнула ногу, и полы халата разошлись, оголяя бедро и край коротких шорт.

— С чего вы взяли, что у меня есть соль? — мои брови удивленно дрогнули.

— У всех есть соль, — с широкой улыбкой сказала она. — Это же прописная истина!

Чем больше она скалилась, тем меньше мне хотелось ее видеть.

— Впускай, говорю, — прошипела она. — Быстро! Тим, не строй из себя девку на первом свидании.

Она меня знает⁈ Как нашла меня⁈

— Да боги, чего ты тянешь? — она продолжала изображать змею. — Ай, ладно.

Барышня картинно оперлась рукой на косяк и провела по нему ладонью.

— Соседушка, ну миленький, выручай, — прежним приторно-сладким голосом пропела она.

Едва она это сказала, цепочка жалобно звякнула и оборвалась.