Книга Путь Стратега 8. РеалРТС, страница 62 – Луций Корнелий

И там я получил способность к дистанционному подавлению. Плюс могу резко увеличивать антимагический потенциал своих воинов. Так что прорвёмся. Но летающие язаты пока являются одной из самых неприятных проблем на период марша. Эх, жаль Велвегры свалили. Тогда на эмоциях после победы над Сердцем слишком легко их отпустил. С другой стороны, удерживать эльфов насильно тоже чревато проблемами.

Погода, кажется, чуть-чуть успокоилась. Хотя все равно ощущалась некая неестественность, в тех запахах что приносил ветер. По небу гуляли рваные облака.

Неслась мимо нас пыль, гонимая порывами ветра. Неслось время, приближая роковой час генерального сражения. Солнце поднималось и опускалось, над степью, которую мы вокруг себя потихоньку превращали в пустыню. Трава вытаптывалась, съедалась стадами. Пора было выдвигаться.

На последней встрече стратегов перед походом, Сандис держался по обыкновению оптимистично, Октан Мерцин говорил мало, а Нималексис напоминал комок нервов.

— Как насчёт предсказаний? — спрашивал он. — Сколько мы проводили ауспиций?

— Ситуация слишком неоднозначная, — ответил я на правах эксперта по пророчествам. — Как и положено мы проведём публичные гадания. Однако это больше для успокоения людей, чем для получения ценной информации.

— Знать бы хотя бы насчёт реки… Понимаете?

Я понимал. Молодой стратег беспокоился о ситуации, в которой Ксерион бы просто не стал давать нам бой. Занял бы оборону за великой рекой Айрат, мешая нам переправиться. С какой-то точки зрения это был бы самый верный и осторожный вариант для нашего врага. На западном берегу Айрата есть плодородные земли, однако поселения оттуда можно эвакуировать, а провизию вывезти или уничтожить.

Тактика выжженой земли. Измор.

Вероятно, я сам поступил бы именно так. Однако мы с Сандисом сходились во мнении, что Ксерион всё-таки даст нам бой. Дело было и в характере самого Царя царей, и в риторике его пропаганды. Ксерион уже показал, что старается не сильно разводить слова и дела.

Но даже в случае, если он решит хладнокровно отсидеться на другом берегу, давая нам как следует насладиться истощением припасов, у нас в рукаве остается козырь по имени Ксигон. Вовремя поднявшийся туман или какая-то ещё погодная аномалия могут помочь пересечь реку.

Однако лёгкой прогулкой наш вояж в любом случае не будет. Особенно в момент, когда начнём переправляться через Айрат. Если прижмут к реке, то никаких гарантий.

— Держите свою голову холодной даже на таком жарком солнце, молодой Нималексис, — посоветовал ему Сандис. — Нет ничего более глупого, чем жалость. Будто то жалость к окружающим или себе самому.

Не знаю как Иворна относился к себе, но окружающих точно не жалел. Ходил слух, что в поход Сандис взял несколько тысяч рабов. В лагере Иворна, действительно, было заметно больше слуг чем у нас. Рассказывали, что это рабы, которых использовали на износ. По очереди перегружали, не докармливали, а затем отдавали на мясо монстрам типа Гория. Уж не знаю, правда это или просто страшные байки, но ни капли не сомневаюсь, что Сандис способен на подробные решения.

После тяжёлых и не очень удачных боёв против шаддинцев он даже назначал децимацию среди когорт, поддавшихся панике. Казнь каждого десятого в подразделении по жребию давно не проводилась в Империи. Не только Карр умел возрождать традиции древности.