Книга Путь Стратега 7. РеалРТС, страница 237 – Луций Корнелий

Двадцать метров. Десять. Пять!

Неся потери, мы продолжали наступать по широкому фронту. Время решающего удара пришло.

Две армии встретились посреди пепельного поля. Столкнулись две силы.

«Дротики!» — скомандовал я, но это даже было лишним.

Когорты и так прекрасно знали как действовать в такой ситуации. Несколько залпов дротиков почти в упор, а затем ближний бой. Когда наша пехота только начинала рубку, кавалерия уже местами опрокинула вражескую легкую конницу. Часть всадников из легионов и сэйфы шли через выгоревший лес, пробиваясь сквозь засевших там зомби. Ещё немного и они выйдут во фланг позиции костяной артиллерии. Впрочем, она была под охраной элитной пехоты Порчи.

А наша строевая элита обрушилась на фланги противника, тесня грязные орды. Я был в самой гуще этого безумия. То переключался на стратегию, то возвращался к своему телу, чтобы дать ещё одну ударную волну или прикончить несколько зомби. Рискованно? Да. Однако рядом пока не было врага, способного легко совладать с моей крепкой бронёй и антесигнанами сопровождения.

Цестинская наемная кавалерия на восточном фланге вместе с Шестнадцатым врубилась в толпы сердцепоклонников.

Более осторожно действовали сагиттарии, предпочитая ближнему бою постоянный обстрел уязвимых целей. Также поступали Велвегры. Их отряд в свободном порядке, мало уязвимом для снарядов артиллерии, сблизился с вражеским строем на сотню метров. Оттуда они начали обстрел из луков и атаку шаровыми молниями.

Совершенно противоположной доктрины придерживались кербрийцы, которые сразу перешли в ближний бой, вклинившись между двумя формациями сектантов. Топоры заморских гостей гуляли по рядам безумцев, круша черепа и добираясь до пораженных Порчей мозгов.

По центру вспомогательные подразделения по большей части охраняли нашу артиллерию, однако цестинская пехота, центурия наёмных превенторов и несколько сотен пеших лучников выдвинулись ближе. Они не вступали пока в ближний бой, но вели обстрел, а самое главное угрожали вражескому центру. Если Иратинон попытается «свернуть» его на фланги, то сразу получит болезненный удар.

Таким было наше наступление. Массированный, полновесный удар с задействованием практически всех доступных сил. И это приносило свои плоды. Почти везде мы теснили врага.

Однако безумцы сопротивлялись с отчаянной яростью. И когда падали под ударами легионеров живые северяне, их место занимали некро-чудовища. Иратион отправил в бой накопленных монстров. Четыре сотни нечестивых отродий пошли на нас стенами отвратительной плоти. Башнями среди них возвышались гротески. И под защитой этого передвижного укрепления продолжала свою работу костяная артиллерия.

Успех первых нескольких минут боя завяз в ордах монстров. Даже ослабленные подавлением отродья и гротески представляли собой неприятное препятствие. Тяжелое, громоздкое, зловонное.

Один из колоссальных гротесков навис надо мной. От абсурдной мешанины мяса, костей и деревянных фрагментов рябило в глазах. Смотреть на эту дрянь было физически неприятно. И дело даже не только в отвращении. Мозги просто барахлили, пытаясь понять, что за тварь ты видишь и где у неё какие конечности.

Гротеск протянул ко мне… руку? Черт знает! Медленно приближалась эта конечность с торчащими во все стороны костяными шипами. Я ударил мечом на опережение. В мясной туше сидело множество духов человеческих и демонических, сплавленных Порчей в единый хор ненависти, однако могущества моего меча уже хватало даже для мгновенного уничтожения таких врагов.