Книга Путь Стратега 6. РеалРТС, страница 217 – Луций Корнелий

Внезапно впереди зажегся свет. Ещё два колдовских огонька только зелёного оттенка. Мы приблизились к тяжелым металлическим воротам. В позеленевшей бронзе были запечатлены эпические сцены прошлого Канртега. Дверь не спешила перед нами открываться. Ох, все самому!

— Отойди, — обратился я к Мирамоно и взялся за массивную ручку, покрытую сырой испариной.

Внутрь дверь не шла, а вот наружу начала открываться. Даже с моей внушительной силой это было непросто. Так вот значит Мирканто принимает важных людей? Забавно, что во время нашей встречи она надменно дистанцировалась от Ножей. Мол я у них как бы главная, но просто их использую и запугиваю. Однако у неё с магическим криминалитетом было что-то общее. Важнейший храм Мирканто — чужая гробница, захваченная последователями Орондо-ками. Они даже не попытались привести это место в порядок. А может быть их хозяйке просто нравится атмосфера упадка.

Двери со скрипом отворились. За ними обнаружилась просторная комната в виде шестиугольника, а по центру ее располагался такой же формы жертвенный колодец. Он был полон до самых краев так, что вода находилась практически на одном уровне с полом. Колодец мерцал изнутри. Водная гладь была единственным источником света.

— Я оставлю вас здесь, — произнес Мирамоно, не пересекая порога.

— Уверен? Я не очень то разбираюсь в ваших ритуала.

— Это место и сама Орондо-ками направят вас, — с улыбкой заверил Мирамоно.

Дверь, начала сама собой закрываться. Значит можем, когда хотим, да? Я решил осмотреть помещение. С другой стороны ещё одна дверь. Запах здесь стоял неприятный и знакомый. Тлен. Не метафорический, а буквальный. На полях сражений этот запах уносит ветер. Земля и проливные дожди поглощают смерть, чтобы обратить ее новой жизнью. Но здесь среди сырых камней миазмы накапливались.

Запах шел от трех тел, забинтованных на манер мумий. Они лежали на спинах у стен. Не знаю сколько тела провели здесь. Думаю, к ним применили некие методы бальзамирования, иначе вонь стала бы невыносимая.

— И зачем я здесь? Что делать? — спросил я у тишины.

Ответом мне стали звон и плеск.

Я понял, что над жертвенным колодцем была шестиугольная шахта, повторяющая его очертания. Оттуда вниз сбросили что-то. Как оказалось — ожерелье. Серебро, сапфиры, темный с зеленоватым оттенком жемчуг. Побрякушку должна была по законам физики пройти на дно, однако всплыла словно кусок пенопласта.

— Видимо, это мне, — рассудил я и подошел к краю колодца.

Внизу было светло, но ничего конкретного видно не было. Зелено-мутная бездна. До центра колодца мне было не дотянуться. Я осторожно достал меч и, наклонившись, подцепил кончиком костяного лезвия цепочку украшения. Со второго раза получилось. Рассмотрел побрякушку поближе. На серебрянной висюльке, служившей оправой сапфирам, была гравировка: «Стань моей путеводной звездой. Пусть любовь сияет нам во тьме».

Это ожерелье, вероятно, было подарком для невесты или жены. И что мне с ним делать? Едва ли надеть самому. Каких-то статуй в помещении тоже нет. Значит я должен надеть его на один из трупов?

Моя догадка оказалась верной. Мёртвые тела отреагировали на появление ожерелья. Они слегка зашевелились. Дергались в своих путах-бинтах, не в силах подняться. Корчились как гигантские личинки, которых из под древесной коры извлекли на свет солнца. Затем вокруг них заклубилась духовная энергия. Тени этих людей все ещё были здесь.