Онлайн книга «Триумвират»
|
Ой, как красиво стелит. Ты же сп#здила как ценный актив и пристроила куда тебе было надо. Впрочем, про спасение жизни всё правильно. Без Альденг Орина не сильно дольше отца прожила бы. И вот, наконец, магистр Расет Рег Нираб явил себя моим очам. Зрелище это было примечательное. Сухой старик, среднего роста, который напоминал нечто среднее между стереотипным восточным колдуном из детской сказки и стереотипным восточным колдуном из фильма ужасов с элементами боди-хоррора. Расет, скорее всего, был уроженцем Шадда. Смуглое лицо покрывали морщины. Шея скрючена и голова постоянно немного сдвинута на бок. Длинные, грязные ногти превратились во что-то совершенно нечеловеческое. Ощущение, что на кончиках сухих пальцев старика выросли какие-то фантастические грибы. Одет магистр был достаточно скромно, если не считать пыльной шелковой накидки зеленого цвета поверх темно-серой робы. — Избранник злой судьбы, а с ним… — Расет прищурился, глядя на Альденг. — А, опять ты, куртизанка. Вырядилась. Вот тебе раз. Ходит тут, виляя задом. Так и так. Я едва не заржал с такого приветствия. Эксцентричный? Правильнее сказать ебн#тый. Я ожидал увидеть кого-то наподобие Телуры — учёного не от мира сего. Но тут дед натурально поехал. — Чем богаты тем и рады. — без тени смущения ответила Альденг. — Уважаемый Расет, господин Михаир очень хотел бы услышать ваши теории и измышления по поводу проклятия Канртега. — Услышит. И увидит. Он видит. Видит то, что я учился видеть сорок семь лет. А он уже видит. Основание. Зрит в основание города. — уже серьезно и мрачно произнес колдун. Мне стало не до смеха. Может быть, Расет поехавший, но ситуацию явно понимает, раз сразу понял, что я вижу тени. Понимает… только вот смогу ли я понять его понимание? — Что такое проклятие Канртега? — Что такое? — усмехнулся старик. — Что такое свет или вода? Что такое «что такое»? Вопросы. Глупые вопросы. Проклятия нет. Проклятие — глупое слово. Вся суть в концентрации. В заплетении потоков. Они есть везде. Просто здесь они… Это как воздух. Мы не видим воздух, но во время жары можно заметить как он колыхается над моей родной пустыней. Говорят Царь царей снова правит Шаддом. А мне уже без разницы. Я променял свет Солнца на тьму людей. И здесь, в Канртеге тьма людей особенно густа. Я хочу увидеть её. Прикоснуться к ней. Цена. Я назначаю цену. Знание о проклятии за проклятье. Пусть ее любовнички откроют для меня двери Ониксового Зала. — Мы уже обсудили этот вопрос, уважаемый… — с улыбкой начала возражать Альденг, но я перебил её: — Что находится в Ониксовом Зале? — О, они не сказали вам? — усмехнулся старик. — Там злоба, зависть и гнев, запечатанные в филактерии. Проклятья, что древние жрецы Канртега накладывали друг на друга. Глава 28 Музей зла В давние времена у жрецов-заклинателей Канртега практиковались взаимопроклятий, с помощью которых они ограничивали силы друг друга. Когда один из них слишком возвышался или переходил кому-то дорогу, то объявлялось соперничество и произносились взаимные проклятия. В специальные сосуды-филактерии заклинатели помещали часть своей крови, а заодно и силы, направляя ее против недруга. Таким образом они создавали ему проблемы с использованием магии. Накладывали колдовские санкции. В случае примирения филактерии разбивали или деактивировали. Если же у кого-то из жрецов находилось слишком много врагов среди собратьев, то его могли практически полностью лишить сил или даже убить. Все это мне рассказывал мой репетитор по истории. Однако я думал, что филактерии с проклятиями были уничтожены или потеряли силу. |