Книга Триумвират, страница 138 – Луций Корнелий

Надо было расцепить наши корабли с теми вражескими, на которых начинались пожары. Причём огонь там разгорался очень быстро. Буквально за несколько минут пламя охватывало чуть ли не половину гиганта, врываясь из проломов в палубе. Думаю, враги пропитали внутреннюю часть некоторых кораблей зажигательным составом. Я видел как огонь пожирает палубные орудия и рвётся тетива стационарных арбалетов. Как же, сука, жалко. Возможно новый план Гастоса состоит в том, чтобы меня задушила жаба от зрелища потери такого количества ценного военного снаряжения.

Из примерно трех десятков гигантов-баочуань огнем были охвачены пять. Наши корабли, сцепившиеся с ними, выпустили весла, пытаясь разорвать дистанцию. Но тут противник снова использовал стихийную магию. Ранее вода вокруг кораблей бурлила из-за столкновения противоположных потоков, а теперь течения в едином порыве увлекали имперские суда к морской крепости. Н-да. До этого вражеская стихийная магия пыталась оттолкнуть нас, а наша наоборот дать подойти ближе. Теперь же противник изменил вектор приложения силы. Эта уловка дала результат. Две наши квинквиремы течение увлекло сильно вперед. Их тараны пробили вражеские корпуса, ослабленные изнутри огнём. Произошла опасная сцепка. Пламя в гибнущих баочуань разгоралось всё ярче и жарче.

От этого зрелища меня внезапно отвлекло, то что я увидел значок одного из героев за бортом. В смысл прямо под водой. Что за… А, это Ноций. Стоп, что⁈

Вместе того, чтобы сидеть в трюме, парень выбрался на палубу и сиганул за борт. Теперь он плавал под днищами боевых кораблей, а внизу раскинулся во всём великолепии коралловый риф. Стайки разноцветных рыбок испуганно метались от одного убежища к другому. Наверху сквозь толщу воды виднелось яркое зарево пожаров. Недалеко от него показалась сирена со следами укусов на руках и плече. Это, наверное, пираньи Фальвуса постарались. Морская дева атаковать Ноция не спешила, лишь наблюдая за ним издалека. Он же в несколько широких гребков погрузился к самому дну, куда под тяжестью брони погрузилось тело легионера, оступившегося во время абордажа. Полубог смотрел сверху на умирающего человека, уже потерявшего сознание. Я было хотел дать Ноцию команду, но он сам подхватил тонущего и быстро направился к поверхности. Морские течения повиновались его стихийной сущности. Он мог плыть под водой со скоростью дельфина или даже быстрее. Через полминуты он уже вытащил тонущего на палубу одного из наших кораблей. Это далось ему легко, несмотря на вес доспехов. Единичным актом спасения на воде Ноций не ограничился. Он снова прыгнул за борт, принявшись вытаскивать на палубу всех, кто оказался во власти пучины: и наших, и ти-шадайцев. Честно сказать, мне такая инициатива с его стороны понравилась. Ещё одно подтверждение того, что он не кровожадный монстр. Даже немного жаль парня, потому что мир вокруг этими самыми кровожадными монстрами просто кишит.

К сожалению одну квинквирему, сцепившуюся с пылающим вражеским судном, не удалось спасти. Оба корабля начали тонуть. Вторую квинквирему выручили слаженные действия моряков. Им удалось справиться с течением и освободить таран, застрявший во вражеском корпусе. Для этого пришлось на веревках под обстрелом свешиваться с носа за борт, чтобы рубить и пилить бок ти-шадайского судна. Впрочем, стрелять стали меньше. Первый ряд кораблей морской крепости был почти полностью захвачен нами или пылал. Однако у врага ещё осталось много пехоты. Думаю, потери составили менее одной пятой от личного состава. Большинство пиратов просто отступило на корабли второй линии. Они сбросили в воду мостки между судами. От штурма мы снова перешли к осаде. Ти-шадайцы пристреливали орудия на втором ряду кораблей, а некоторые на первом они успели перед бегством испортить, хотя многое таки досталось нам в целости.