Книга Путь Стратега 4. РеалРТС, страница 98 – Луций Корнелий

Целых несколько минут… Огромное достижение для мелкой колдуньи. Но потом все вернулось на круги своя, а завтра меня ожидал тяжелый и полный забот день.

Первая из важных встреч состоялась на следующий день и не по моей инициативе. Мне объявили что Нималексис Царон, стратег Двадцать Пятого легиона с небольшим конным отрядом добрался до нас и крайне желает встречи. Про “крайне желает” это еще мои люди вежливо приуменьшили. Когда стратег Нималексис вошел или скорее ворвался в мой шатер, то я понял что его состояние очень близко к панике. Молодой человек был бледен, движения дерганные, судя по виду не спал всю ночь. Мы уже мельком виделись с ним в Периноне. Примерно двадцать лет, третий уровень.

— Приветствую вас. Тут нас не могут подслушать?! — произнес он, судорожно оглядываясь по сторонам.

Очень хотелось ему ответить: конечно могут, но я сдержался. Человек явно не в себе. Надо понять, простить и проявить сочувствие.

— Здесь безопасно. Присаживайтесь. — произнес я как можно более спокойно. — Вы что-то хотите со мной обсудить?

— Обсудить? Да. Конечно! — в его голосе звучали нетерпение и крайнее нервное возбуждение. — Я… Мне пришел приказ. От Сената. Выдвинуться к Антавию Карру и к вам на помощь. Сдержать наступление врага.

— Ну да. Мы с вами идем в Бер-Шадд. Отражать вражеское наступление.

Нималексис что-то хотел ответить, сам себя одернул, затем вскочил, подошел ко мне и, остервенелым шепотом, прохрипел мне в ухо:

— Они уже с вами связались?

Кто "они"? Рептилоиды? Хотя, подозреваю, речь идет о фракции сенатских или наоборот сторонниках Карра.

— Со мной уже кто только не связывался. — с напускной беспечностью ответил я.

— Мне вчера пришло письмо от отца. Он сказал, что я должен остаться верен идеалам Империи и заветам нашей семьи. И мне бы очень хотелось… Но что делать, когда одни называют Карра предателем и узурпатором, а другие героем и спасителем государства?

— Время откроет нам правду. — ответил я, имея в виду, что победителей назначат героями, а проигравших во всем обвинят.

Геор не даст соврать.

— Время? Разве оно у нас есть? Ксерион приведет армию в сто или сто пятьдесят тысяч, а мы не можем разобраться между собой!

Ну товарищ прав во всем, кроме панической реакции. Но его можно понять. Я сам когда-то реагировал на превратности судьбы бурно. Сейчас вместо паники они вызывают у меня лишь раздражение и невеселый смех.

— Что мне говорить своим солдатам?! — продолжал буйствовать Нималексис.

— Говорить? Только хорошее. Ситуация под контролем. Ей занимаются наши лучшие специалисты.

— Занимаются? — с надеждой переспросил юноша.

— Конечно. — кивнул я. — Все решим. Со всем разберемся.

Именно это парень и желал от меня услышать. А я что? Мне несложно дать человеку немного надежды. Тем более, мне самому она не нужна. Я стабильно жду худшего расклада событий и к нему готовлюсь.

— До подхода сил Ксериона мы, четверо стратегов, должны выработать совместный план. — заявил я. — Полагаю, Карр это прекрасно понимает.

А коли не понимает, то ну и пошел он в известные места со своими грандиозными планами. Если это сражение будет невозможно выиграть из-за внутренней склоки, то я просто приму предложение Иворна и буду организованно и с боями отступать к Перинону. Это мне кажется разумным. Терять свои легионы за чужие амбиции я точно не собираюсь.