Книга Путь Стратега 4. РеалРТС, страница 72 – Луций Корнелий

Я вспомнил своего “анонимного доброжелателя" и наше рандеву на пустующей вилле.

Настоящая элита Империи была практически полностью закрытым клубом. Личности типа меня или Фальвуса ошивались около, но за определенную черту нас не пускали. Империя сейчас существовала на основе компромисса высшей аристократии и системы сдерживания, которая не позволяла ни одному из стратегов заполучить слишком большую силу. Император, как я понимаю, был фигурой довольно номинальной. Больше символ, чем реальная власть. И Сенат прилагал немалые усилия, чтобы ничего не менялось. Я даже не буду осуждать эту систему, потому что считаю её вполне логичным результатом последних ста лет жизни в Империи. Не имея сильных внешних врагов, главной проблемой центральные власти считали амбиции стратегов и периферийных элит. Это опять же вполне логично. И все было если не хорошо, то по крайней мере спокойно, пока не началось шаддинское восстание. Сильный враг снова появился, а система оказалась к этому абсолютно не готова. И сейчас бы начать некие реформы, но что-то мне подсказывает: элиты скорее потеряют Шадд, чем рискнут своей властью.

Одна из главных проблем с реализмом во многих компьютерных и текстовых стратегиях: идея, что война будет длиться до победного. До тех пор, пока на глобальной карте есть враги — их надо уничтожать, создавая супер-империи. В некоторых частях Total War есть различные антидоты, усложняющие захват слишком больших территорий. Но и там вполне удается выкрасить весь мир в свой цвет. Реальность же показывает иные результаты. Глобальные войны истощают ресурсы, а удержание новых территорий может быть даже сложнее, чем их захват. В Сенате это понимают, шаддинцы это тоже понимают. И пока мы тут гремим оружием, где-то в тишине уже могут идти первые раунды переговоров. Однако закончатся они, думаю, когда будут достаточно исчерпаны военные силы. По крайней мере ни одна из сторон не сможет как следует наступать. А что остается нам? Разумеется, взаимоубиться в максимально выгодном соотношении.

После разговора с Фальвусом отправился спать, но прежде вызвал Касс. В момент, когда она вошла в комнату, я ощутил насколько соскучился по ней. По ощущению, что в этом зыбком, вязком и ненадежном мире есть кто-то мне понятный. Ну и то, что этот кто-то выглядит довольно привлекательно тоже играло свою роль.

— Кажется опять назревает нечто большое. — вздохнул я, когда мы лежали обнявшись во мраке ночи.

— Проблема? — тихо спросила она. — Я могу чем-то помочь?

— Проблема? Да. Но ты и так помогаешь. Завтра мне придется встретиться с легатом. Он вручит приказ. Ладно. Надо спать. Может выпадут Чужие Сны.

Но Чужие Сны в этот раз не выпали, а жаль.

Следующим утром меня официально поставили в известность о прибытии легата. Он уже ждал меня в главном зале дворца Несены. Туда я явился при полном параде и в сопровождении десяти человек из волонтеров Перинона. Сам легат находился в окружении девяти ликторов и одного венатора. Посланник Сената оказался человеком под сорок с вытянутым, сухим лицом, на котором застыло непроницаемо-отстраненное выражение. Говорил он тоже подчеркнуто отрешенно. Все его поведение как бы старалось продемонстрировать: "Ни я, ни ты ничего не решаем. Мы лишь функции чужой воли. Я сейчас выполняю свою, а потом будет твой черед исполнять свою функцию. Так было, так есть и так будет всегда".