Книга Путь Стратега 4. РеалРТС, страница 60 – Луций Корнелий

— В смысле?

— Сердце Севера это уникальный пример некого подобия гармонии между, энергией Великого Пламени и сложной стихийной сущностью. Но гармония эта в безумии. Гнев и боль тысяч душ делают Порчу такой пагубной. Но что, если бы подобной силой двигали иные стремления?

Я усмехнулся.

— Порча наоборот? Одержимые ей бегут не рвать всех на части, а гладить котят, дарить подарки и сажать цветы.

— Любое безумие пагубно, так как не знает меры. — с мягкой улыбкой возразила Нэл. — Забили котенка до смерти или до смерти затискали — результат один: котенка больше нет. Но что если безумие сменить на спокойствие? Это пока лишь мои фантазии, но я буду работать и не только я. Возможно, мы на пороге открытия новых сил.

— Поздравляю.

Мне вспомнился Север. Отряды одержимых, сжигающих все на своем пути, толпы мертвецов и орды монстров. Это все было не зря? Хотя даже если магам и станет доступно новое колдунство, то что-то глобально в мире измениться? Едва ли. Все их влияние на обычных людей сильно ограничено. Тысячу лет назад у них был шанс взять руль в свои руки, но Азард предпочел отказаться, чтобы дать человечеству самостоятельно развиваться.

Я еще раз глянул на браслет с кристаллами и произнес:

— Спасибо. Теперь не умереть будет немного проще.

И гораздо проще будет убивать. Сил сжечь город мне, наверное, не хватит, но зато использовать магию можно будет чаще. Заряды теперь снимаются спустя сутки. Пять кастов в день это гораздо лучше, чем тринадцать на всю жизнь, а потом приходит Вестник.

— И ещё… — Нэл протянула мне небольшой каменный талисман, в виде нахохлившейся птички.

Материал — оникс. В предмете я ощутил крупицы магии, которые мог активировать.

— Что это?

— Почтовый голубь. — усмехнулась чародейка.

— Он взлетит только если бросить. Для максимальной дальности можно запустить из пращи.

— Летает не он, а то, что в нем. Гилам сказал, ты умеешь активировать артефакты.

— Есть такое.

— Дух, в нем заключенный, услышит одну минуту твоей речи и через три часа будет во Дворце. Сам понимаешь, я не могу вмешиваться в ваши политические игрища, но если столкнешься с чем-то очень опасным и очень магическим… Обращайся. Я не могу быть слишком далеко от Дворца, но кого-нибудь попрошу тебе помочь.

Кого-нибудь это в смысле древнего демона или могущественного мага. Кстати о магах…

— А что ты можешь рассказать о Гиламе? Мы с ним общались не особо много, но теперь он будет арбитром со стороны Багрового Круга на шаддинской войне.

Все это я постарался сказать нейтрально, так чтобы не вызвать подозрения в излишней заинтересованности.

— Гилам? Очень талантливый и мудрый волшебник. — с восторгом отозвалась Нэл. — Он многому научил меня. Всех нас. Пусть Гилам иногда кажется слишком отстраненным от мира вокруг, но смотрит он не только на звезды.

Я в курсе. Еще иногда он смотрит в черепные коробки стратегов.

— Гилам? Он наша связь между прошлым и настоящим наравне с Азардом и другими первыми магами. Один из корней великого древа волшебства. Один из самых глубоких и прочных корней.

Вот даже как… Самый глубокий, прочный и мутный. Я многое понял об Азарде, Лав, Утреде или гробничниках, но какие замыслы хранит в себе этот лысый череп с черными линзами вместо глаз — загадка. Terra Incognita. Я понял, что он собрался проворачивать какую-то схему и выбрал меня одной из пешек, но какую схему? Фиг знает.