Книга Путь Стратега 3. Тени Шадда, страница 173 – Луций Корнелий

— Доброго дня благородному и славному мужу войны. — прошелестел голос спокойный и даже меланхоличный.

В паре метров от меня возникла фигура высокого человека азиатской наружности. Однако кожа его была, пожалуй, белее моей. Ни ти-шадаец, ни сулимец. Откуда-то из совсем далеких земель. Принц Тайкано был на удивление тепло одет. Может, образ не из текущего времени а типа настраиваемая аватарка. Едва ли он сейчас расхаживает в полностью закрытом бело-синем костюме, накинув на плечи шкуру снежного барса. Оскал хищника навсегда застыл, а глаза заменили на крупные шлифованные сапфиры. Снежных барсов еще, кажись, ирбисами называют.

— Не самый добрый из моих дней. Как вы догадались, что я догадался?

Тайкано слегка улыбнулся, махнув темно-синим веером с узором фаз луны. Его вторая рука лежала на эфесе прямого длинного меча в драгоценных ножнах.

— По нескольким косвенным намекам и тем вопросами, что вы задавали Джонгали.

— Он все же вами подослан?

— Ваш соратник Фальвус Нементил проявил недюжинную гибкость ума и особую проницательность, готовя свой поход. Было очень непросто создать видимость уязвимости города. Однако господин Нементил слишком полагался на свои торговые зарубежные связи. Иногда даже для людей золота симпатия оказывается важнее выгоды. И нам, людям стали, можно этим воспользоваться.

Тайкано говорил вежливо и даже мягко. Глаза у него были странные. Такие же синие и холодные как сапфиры в шкурке снежного барса.

— Сейчас к нам присоединиться господин Яхсад бар Карид… А вот и он.

Слева от меня возник образ закованного в тяжелую парадную броню сейдха. Шлем он снял или система его скрыла. Бронзовая кожа покрылась испариной от дневного похода. Черная кудрявая борода уложена как у статуй древних царей. На мускульной кирасе был выбит символ Сейда — голова быка на фоне солнца.

— Вот мы все здесь. — подвел итог Тайкано. — Вы, господин Михаир, уже видели ситуацию в городе и вокруг. Думаю, что ваши гонцы мчатся к флоту господина Нементила, но часть будет перехвачена, а другим нужно проделать уже немалый путь. Флот отдаляется с каждым часом. До самого Арада нет кораблей, которые бы задержали его продвижение надолго. Вы смелый и решительный человек, но ситуация совсем не вашу пользу. Так зачем втягиваться в заранее проигранную партию? Не могу обещать жизнь и свободу всем вашим людям, но готов поклясться, что вы лично и те, на кого вы укажите как на своих друзей, наложниц и гвардию, покинете Сейд-Нирам целыми, невредимыми и без урона вашей чести. Я говорю от сердца. Вы можете указать, что Принц Тайкано лишь наемник, но со мной воля и письмо моего уважаемого друга, ныне принявшего титул Царя царей. Никто не станет чинить мне препятствия. Что скажите, господин Михаир?

— Прежде чем он скажет… — пробасил Яхсад. — Скажу я. Вы, Тайкано бар Силлак — чужак, но не враг нам. Вы были в разные годы и противником, и соратником Ксериона, да освещает Солнце его путь. Вы снискали его уважение. Но чужак остается чужаком. А теперь слушай ты меня, имперский пес. Все что он… — Яхсад указал на Тайкано. — …говорит — правда. Но это его правда. А вот тебе моя. Всех, кто попадает в руки воинов сейдха и Шадда мы убьем. Ваши трупы мы скормим крысам и воронам. Твоих шлюх, если они попадуться мне, я велю утопить. Ваших жрецов — сжечь. Ваших слуг — обратить в рабство.