Книга Путь Стратега 2. Армия Зла, страница 42 – Луций Корнелий

— Добро пожаловать. — произнёс я, неожиданно понимая, что меня пробирает гордость. — Это называется армия. Имперские легионы.

"Мои легионы".

Почва, вытоптанная местами до твердости скалы, сторожевые башни, ряды палаток, запахи костра, соломы, кожи и конского навоза. Клубы желтой пыли на фоне солнца.

Я вернулся.

Мы проехали насквозь практически пустой лагерь. Затем ворота и дальше на Север. К переправе, где когда-то отбили натиск Гератов. Там уже ждали меня ровные ряды когорт, центурий, кавалерийских турм, сигнумы и аквилы, бронза, сталь и человеческие тела, единые в трех легионах.

"Поднимись на башню". — посоветовал я Луне. "Посмотри сверху, иначе не поймёшь масштаб".

Сам же, оставив эскорт выехал навстречу построению. Когда-то давно я жаловался на свое косноязычие. Все эти пафосные речи давались мне с большим трудом. Но сейчас усилий не потребовалось. У меня были эмоции: ненависть к предательству и преступлениям федератов, моя связь с армией, решимость и надежда на победу. И достаточно было не мешать всему этому коктейлю наконец излиться, обретая форму слов.

"Солдаты, с некоторыми из вас мы прошли многое. Другие только встали в строй". — начал я. — "Но все мы под угрозой. Нашествия, беды, убийства и диверсии — результат подлого, вероломного предательства! Вождь племени Бьоров решил уничтожить нас, чтобы диктовать Империи свои условия. Он пытался сделать это тайно и чужими руками. Похитить меня, а на вас натравить дикарей с Дальнего Севера и Кринтар. Сейчас он строит козни, пытаясь обелить себя перед Сенатом. Но я не позволю ему остаться безнаказанным! С этого момента все кто севернее реки Этар наши враги! Лишь делом доказав обратное они могут заслужить прощение. До тех пор мы начинаем поход на Север. Во имя правосудия, славы и богатства. Мы победим!"

Последние мои слова уже звучали в сознании на фоне ликующих криков и гула тысяч воинов. Тяжесть подходов, риск, ранения и смерть не имели пока значения. Запах победы витал над армией. Многие здесь уже успели поверить в мою счастливую звезду. Другие хоть что-то, но слышали о победах над тремя племенами. И никто из них точно не знал о масштабах армии федератов. И не надо.

Наконец шум утих и я вернулся в лагерь. Теперь главное не потерять осторожность. Где-то рядом потенциальные предатели, купленные Шаниром и еще боги знают какая гадость. Поэтому даже в свой шатер не заходил. Вместо этого я направился в походный храм Клепсиды, вызвав к себе Касс, Гана, Даруса и всех кто ранее был моими телохранителями. Явился и Севин Дацинис, мой контубернал. Мальчишка заметно сдал после смерти матери. Лицо осунулось, черты заострились, а в глазах появился какой-то остервенелый блеск.

— Готов служить, стратег.

Я приподнял маску, улыбнулся шедшему за мной Ренде из Рачига и его близким, а сам обратился к контуберналу:

— Размести моих гостей со всеми почестями, скажи, чтобы им предоставили лучшее угощение… — а затем через РТС-систему лично Севину добавил. — И, во имя богов, найди того, кто мне объяснит что это за варвары записались в мои войска!

Вскоре центурионы уже вернулись с построения, приветствуя меня и заваливая вопросами по поводу моего спасения, а также предательства федератов. Насчёт первого я отвечал уклончиво, но зато о втором говорил максимально подробно. Упомянул и предательство Сидониуса, и взятки сенаторам, и многолетнюю работу Геора по подрыву боеспособности Лимеса, включая истребление лояльной Империи знати. О причастности покойных к Хрустальной Гробнице, разумеется, тактично умолчал. Вот уж что мне сейчас не нужно, так это серая мораль. Геор абсолютное зло в борьбе с которым все средства хороши. Я с чистым сердцем доношу до своих людей эту позицию, уверенный что тоже самое про меня вещают на каждом углу в землях Бьоров.