Книга Идущий в тени 6, страница 54 – Марк Амврелий

Горум подошёл к моему столу, увидел убранство и мою кислую мину, после чего взял тарелку с непонятной бурдой и через весь зал швырнул в сторону барной стойки. Силой гном обладал немалой, глиняная миска до самой встречи с деревом забыла о силе притяжения и с звонким «дзинь» разбилась на мелкие части, оставив заляпанными пол, стойку и даже в некоторых местах потолок. На шум битой посуды выскочили двое — виденный мной уже хозяин и незнакомый мне гном. Хозяин начал было орать, но рассмотрев моего товарища, ор застрял в его глотке, и он лишь сипло выдавил.

— Г-г-горум?

— Я! Дорн, что за парашу ты вывалил на стол моему другу?

— Чёрт лысеющий! Да знал я разве, что это твой друг? Да я… Да ты… Да ну вас всех!

Произнеся сию абсолютно не информационную тираду, Дорн перемахнул через стойку и бросился к Горуму. Горум рванул навстречу. Где-то посреди зала они почти встретились, но им помешал стул, что богатырским пинком хозяина был отправлен через весь зал. Массивный, дубовый стул, весивший, наверное, килограмм двадцать! Полёта стул не выдержал и с громким треском рассыпался, но до него никому не было дела, так как уже через секунду треск повторился, но на этот раз трещали гномьи доспехи и ребра, сжимаемые во взаимных дружеских объятиях. За происходящим я смотрел с некоторой оторопью, вот не ожидал, что Горум с этим типом могут быть друзьями. Наконец наобнимавшись, Горум подвёл к моему столику трактирщика.

— Знакомьтесь. Мираж, это Дорн. Дорн, это Мираж.

Дорн осмотрел меня ещё раз, после чего презрительно скривил рот.

— Горум, вот с каких пор ты стал водиться с людьми?

— Водиться? Да с тех самых пор, с тех самых… Но Мираж не спутник, он друг.

— Друг?! — Дорн презрительно сплюнул на пол. — Этот слабак? Я ему за комнату загнул цену в сотню раз, кинул на стол откровенные помои, а он проглотил, утёрся и ест! Горум, я тебя не узнаю! Да …

Трактирщик ещё что-то говорил, но я уже не слышал. В висках билось сердце, грудную клетку разрывала ярость, дыхание спирало, от чего в лёгких появилась навязчивая резь от нехватки кислорода. Я знал, что стоит сделать рывок, несколько выверенных ударов и меня отпустит. Просто потому, что злится на труп я не могу. Но я держался, просто на той установке, что дал себе изначально, ещё когда заходил в подземное королевство и от этого становилось ещё тяжелее. Чтобы не сорваться, я выплеснул ярость в голос, от чего тот стал куда более глухим и приобрёл шипящие нотки.

— Я сейчас вырву твоё сердце и скормлю свиньям.

Зал, словно погрузился в ещё больший полумрак, масляные лампы, что его освещали стали светить заметно тише. Дорн прервал свой монолог. Мгновенно, на полуслове, от чего к мраку добавилась ещё и резко ударившая по ушам тишина. Гном встретился со мной взглядом и застыл, не в силах что-то ответить. Ситуацию разрядил Горум.

— Дорн, поверь, ты сильно ошибаешься насчёт моего друга. Он достаточно силён, чтобы доставить проблем даже хирду стражи. Но я считаю его другом отнюдь не из-за силы, а его личных качеств. Сейчас же Мираж проглотил твою наглость только потому, что не хотел подставлять меня. Если помнишь, мы считаемся спутниками, а мой статус более чем шаткий, если то положение, в котором нахожусь я, вообще можно назвать статусом.