Книга Там, где кончается степь, страница 40 – Алексей Пинчук

— Смотри, что я купил! – Довольный Федя вел на поводу здоровенного быка, запряженного в массивную телегу. – Самое то для обоза, да?

— Угу… – вздохнул я, закончив умываться из деревянной бочки. – Ты телегой управлять умеешь? Я что-то руль ни разу не вижу…

— Ой, да ладно тебе! – махнул рукой будущий кучер и погладил по носу покосившуюся на него скотину. – Ничего сложного! Я по телику видел. Да и ты видел, сто пудов! В любом вестерне.

— А, ну тогда, конечно…

— А давайте и вправду сделаем как в вестерне? – вмешалась в разговор Кайя, до того молча уплетающая что-то из выпечки и с любопытством посматривающая на работников в поле. По сути, ранний подъем был лишь у местных фермеров да у нас. Ну а постояльцы, нарезавшись вчера алкоголя, сейчас бессовестно дрыхли. – Ну, тканью обтянем! Будет фургон. И от солнца спрячемся, и непонятно будет, сколько нас едет.

— Подержи! – Федя насильно сунул мне в руку повод и буквально умчался обратно за ворота, окликая какую-то красавицу.

— И как его Мора терпит? – проворчала Кайя, проследив взглядом за другом. – Бабник же!

— Да он только дурачится, – отмахнулся я. – Федя парень, может, и отмороженный на всю голову и раздолбай, но раздолбай честный.

К моменту, когда трактир проснулся и посетители спустились на завтрак, мы уже успели соорудить что-то типа фургона из телеги, потратив немалую сумму на парусину, которую каким-то чудом добыл Федя, оббежав полдеревни. И надо сказать, получилось у нас на удивление хорошо.

Нет, разумеется, конструкцию придется переделывать, да и в случае сильного дождя мы получим пузырь над головой… Но все же для нашей задумки фургон подошел как нельзя лучше.

— А остальные где? – поинтересовался у меня трактирщик, когда я объявил, что мы освободили комнаты и отбываем. Сам он спустился вниз недавно, а до того за стойкой сидели его сыновья, по очереди сменяя друг друга.

— Так в деревне, купить кое-что отправились, – громко ответил я, так, чтобы слышало побольше народу. – Сейчас по дороге и подберем.

Грузились в фургон за воротами и телегу вывели туда, ведя животное на поводу, поскольку не были уверены, что получится маневрировать во дворе без опыта.

— Ну что, погнали? – Федя сел на место возницы, мы погрузились в фургон и приготовились к неспешному путешествию. Что от нас, собственно, и требовалось…

Вот только местное животное не то застоялось и решило размяться, не то обиделось на иномирные способы управления… Но стоило Феде хлестнуть животное по мясистому крупу вожжами, как это рогатое чудовище рвануло вперед, едва не вырвав оглобли из телеги.

— В рот тебя колотить! – орал я, чудом зацепившись за заднюю стенку телеги и волочась ботинками по дорожной пыли. – Ты что творишь, гад?

Рядом со мной Кайя пыталась схватить меня за пояс и помочь забраться внутрь, но вместо этого чуть не вывалилась сама, когда телега подскочила на кочке.

— Тормози, м-мать… – начал я, но закашлялся от пыли, щедро забившейся в разинутый в крике рот.

Мимо промелькнуло удивленное лицо кого-то из крестьян, с визгом отскочила с дороги девушка с ведрами в руках, а потом и деревня кончилась, и мы помчались вдоль поля, поднимая за собой клубы пыли…

Выезд на имперский тракт сопровождался такой тряской, что я вылетел на камни с доской от заднего борта в руке, а сам фургон остановился метров через двести от места моего приземления, словно нарочно.