Книга Путь Стратега 9. РеалРТС, страница 15 – Луций Корнелий

— Очень надеюсь, — всхлипывая произнесла она, стараясь унять слёзы.

Кажется, предстоял серьезный разговор. Закончив с ранеными мы добрались до шатра. Там, оставшись наедине, приступили к беседе.

Мне следовало действовать аккуратно. То, что медуза испытывает сочувствие к людям — очень хорошо. Нужно не сломать ненароком в ней это качество, но изменить его так, чтобы она в процессе не страдала столь мучительно.

— Люди… — начал было я и мысленно добавил. — «Х#й на блюде», — однако психотерапию надо проводить в более позитивном ключе, поэтому, собравшись с мыслями я продолжил вещать. — Люди часто делают то, что противоречит твоим ожиданиям и желаниям. Реальность в целом не спешит им соответствовать.

Милен, уже чуть успокоившись, кивнула, смотря на меня своими большими такими беззащитными и такими смертоносными глазами.

Я продолжал наставления, снова блин ощущая себя отцом.

— Если мир не соответствует твоему восприятию, то проблема не в мире, а некая ошибка кроется в самом восприятии. Мир такой какой он есть. Это не значит что ничего вокруг не нужно менять. Реализовывать собственные цели абсолютно нормально. Менять реальность вокруг себя — достойно похвалы. Просто не нужно биться в истерике и кричать, что мир неправильный, безумный, какой-то извращённый. Это никому не поможет. Это никому никогда не помогало.

Милен сначала молчала. Секунд десять она, похоже, пыталась переварить все мной сказанное, а потом…

Бросившись ко мне, девушка заключила меня в объятия необычно крепкие для такого хрупкого существа. У самого уха я услышал ее горячий влажный шепот:

— Почему все такое сложное… Почему так тяжело?

— Ну будет тебе, — утешил я, погладив ее по плечу. — Есть вон кербрийцы. У них всё просто. Воевали у себя, потом на Севере, теперь здесь. Локации меняются, а суть та же. Но у нас с тобой — да. Сложно все. Пытаемся разобраться почему да как и от того страдаем. Я любил женщину по имени Нэл. Сильно любил, но увидимся мы с ней очень не скоро, если вообще увидимся. Грустно? Да. И я сам это выбрал. Теперь вот её отец мне ультиматумы ставит. Пытается обернуть против союзников, а союзники мои реально сволочи, но вроде бы как и без них пока нельзя.

Ситуация, в которую я попал, была не катастрофической, но поганой. Отношения с магами у меня ранее складывались довольно неплохие и тут такая подлянка. Помощь врагу в момент, когда царство шаддинское уже трещит по швам. Теперь же, словно поднимая умертвие, Великое Пламя сможет вдохнуть силу в опустевшую оболочку.

И что делать лично мне? Обратить свой гнев против Азарда и ко? Вроде бы логично, но чем слабее они, тем сильнее Ксигон, который мне тоже… ну не особенно друг. С другой стороны, его позиция пока вообще дело загадочное. Со мной он не общался тет-а-тет. Пока не попытался выйти на контакт, то буду воспринимать его как союзника прежде всего Сандиса, который мне тоже… ну не особенно друг.

Надо посмотреть как конкретно нам собирается гадить Багровый Круг. Может быть, удастся их убедить гадить Сандису активнее чем мне? Если так, то ультиматум чародеев может даже пойти мне на пользу.

Я ещё минут десять уделил Милен и, убедившись что девушка успокоилась, отправился к руинам города-крепости Табир, которые были окружены конными разъездами Октана Мерцина.