Книга Не убей меня, злодей! Я тебе ещё пригожусь, страница 32 – Инна Бабушкина

А я не придумала ничего лучше, кроме как недовольно свести брови и прикусить губу «от всепоглощающей ревности». Ох, надеюсь, он поверит в мою исключительно убогую игру.

В конце концов, отвела взгляд и стала смотреть исключительно на блистательную пару.

Но пока пряталась от одного мужчины, натолкнулась на другого! И Торвин туда же! С каким-то виноватым выражением косился на меня, будто, не желая вовсе уделять внимание пострадавшей.

И чего этим двоим не хочется смотреть исключительно на нимфу этого мира?!

Стереть недовольство с лица я не решилась, потому, как сумела, развернула кобылу и, к счастью, то ли из чувства солидарности, то ли из чувства долга, но она довольно активно засеменила в сторону дворца, не дожидаясь своего хозяина. Славно.

Мне бы не хотелось и дальше оставаться в этом страстно-романтичном-садистском пекле.

— Ничего не понимаю, - бормотала уже, кажется, в сотый раз. Но от этого факты не менялись.

Пока выходило, что толку от моей помощи оказалось меньше, чем от дырявого зонта в ливень. Я вообще не способствовала любви между героями: моя попытка толкнуть девушку в объятья герцога ничего не принесла - они, как и задумывалось сюжетом, общались только за завтраком.

И эта прогулка… должно было случиться тайное свидание с Торвином, но линия снова вернулась к каноничному событию - поездка с принцем и падение в объятия.

Да, уже нужного мужчины, но он, бедняга, совсем растерялся! Судя по сухой записке бедняжки, он даже не удосужился справиться о ее здоровье... а за обедом они обменялись лишь парой дежурных фраз... это конец!

— Но ведь что-то поменялось, - пыталась успокоить расшалившееся сердце, что хотело пробить грудную клетку и свалить из этого места куда подальше. - Меня не обвинили в покушении, а Мирабель не упала. Это ведь изменилось!

— Госпожа…

— Господи, - вздрогнула и с ужасом обратилась к двери, а затем и к окну.

И как долго я пробыла в комнате, раз на улице уже царствует непроглядная темень? Хотя сейчас зима, чего еще ожидать? Быть может даже ужин еще не подали - уж и не вспомнить, сколько раз я отсылала служанку, желая остаться наедине с мыслями.

Вот и теперь мне не требовалось чужое присутствие:

— Оставь меня, я нехорошо себя чувствую, - бросила раздраженно и хотела было вернуться к разбросанным по полу бумагам, но служанка удивила:

— К Вам посетитель, госпожа. Отослать?

Верно, Мирабель что-то понадобилось? Почему только сама не постучалась?

— Минуту, - бросила и наскоро завернулась в шаль, что часом ранее откинула в порыве тихой истерики - слишком душно мне было. А теперь было не до переодеваний. Чем скорее поговорим, тем скорее расстанемся. - Впусти.

И не подумала обернуться к гостье. Лишь села на пол, чтобы собрать разбросанный заметки.

Каково же было мое удивление, когда передо мной застыли совсем неженские ножки в туфельках, а грузные и идеально начищенные военные сапоги. И тотчас - не успела я и взгляда поднять - как передо мной опустился на колено герцог, протягивая руку и отчего-то отводя глаза в сторону. Не просто чуть отстраненно, а именно что потеряно, словно не знал куда смотреть.

В этом мужчине, всегда таком прямом, уверенном, появилось что-то неестественное: растерянность.