Книга Не убей меня, злодей! Я тебе ещё пригожусь, страница 106 – Инна Бабушкина

И вновь жестоко ошиблась.

Сколько бы я не проявляла внимания, способностей и доброты к баронессе, она все поглощала, словно ненасытная тварь. А в ответ не то что нечистоты - яд! Травила меня с каждым днем все сильнее. Кусала, словно змея: слухи, подлые обвинения, грязные намеки.

В какой-то момент я перестала понимать, где кончается реальность и начинается ее игра. И слишком поздно осознала, что... не выбраться. Я провалилась в слишком глубокую яму.

Тогда и появилась бабушка. Древняя, спокойная, решительная и... готовая выслушать. Но прежде она говорила. О магии, о родовой крови, о плате за силу...

У всего есть цена. И я пожелала все того же - свободы.

— Тебе придется выбрать сильную душу! Если она сумеет изменить твою жизнь и заземлиться в этом мире, ты получишь шанс в другом.

И я решилась. Потому что терять уже было нечего. Рискнула довериться совершенно незнакомой, но такой близкой по боли душе. Одинокой, нуждающейся в любви и... преданной.

От нас все отвернулись, нас обвинили и на нас напали. И наконец в минуту слабости...

Я очнулась в невиданном ранее месте. Все вокруг гудело, в носу щипало, а лицо горело огнем.

— Пришла в сознание! - донесся радостный вскрик и меня окружили люди в причудливых нарядах и с пугающими аппаратами на шеях, руках, головах. Воздух пах чем-то едким и чистым одновременно.

Но я не могла пошевелиться и спасаться бегством - тело совсем не желало слушаться.

— Помните что-нибудь, госпожа Вольская?

Их глаза казались доброжелательными, но руки действовали точно, быстро, расчетливо. Еще и женщина говорила так быстро и отрывисто, что я не понимала и половины слов.

— Уу, - слабо покачала головой.

— С Вами в любом случае желают побеседовать полицейские. Я разрешил им короткое посещение - позже вы сможете составить список посетителей. Сами понимаете... ах точно, пока не понимаете. Но в любом случае не волнуйтесь - рядом с палатой постоянно дежурит наряд.

Я понимала отдельные слова, но они никак не складывались в общую картинку. А когда в комнату вошли едва ли не ассасины в странном облачении, я в самом деле готова была подскочить с кровати и ринуться прочь.

Воспоминание об Апостоле Бедствия с мечом как никогда свежо вспыхнуло перед глазами.

Они были в тёмных одеждах, с холодным взглядом, с металлическими элементами на груди.

Я сжалась, не готовая к боли. Слезы мгновенно потекли по щекам, потому мужчины замерли. Один спешно вышел, а другой, что отдавал приказы, медленно приблизился, чуть присев, чтобы стать меньше.

— Я не причиню вам боли, госпожа Вольская. Наоборот, сделаю все, чтобы обвиняемые понесли серьезное наказание. Прошу, позвольте мне помочь.

Я смотрела на мужчину глазами, полными непонимания и недоверия. Я была сейчас в не лучшем положении: без макияжа и украшений - с чего бы ему мне помогать? Неужели тоже желает обмануть?

В тот раз я смолчала. Как и в последующий - мне было тяжело освоиться в незнакомом мире, а уж довериться жуткому незнакомцу...

Но он продолжал приходить. Затем постепенно начал помогать с терапией и восстановлением. Спокойно, без лишних слов. Приносил невиданные вещи: кофе, книги, бумагу с яркими картинками. Включал длинный черный камень и показывал мир, в котором я оказалась. Рассказывал о телегах, что двигаются без лошадей. О железных птицах, что летают выше облаков. О законах, где за женщиной никто не следит, не указывает, кого ей любить и за кого выходить.