Онлайн книга «Случайные. Я тебя найду, глупая»
|
и в них загорелся опасный огонь. — А что сама? Ну давай, Цербер, договаривай, раз уж начал. Познакомилась с мужчиной в самолёте, мило поужинала, провела с ним ночь? Ах, да, это же я, потаскуха, а ты у нас белый и пушистый. Сама невинность, блядь, неземная. Ты сам-то не забыл, кто первый начал смотреть на меня в самолёте так, что стюардесса. — Это не… Какой нахрен стоп-кран в самолёте? — Заткнись, — отрезала, — и дослушай. Он ошарашенно замолчал. Потому что она смотрела на него так, как не смотрел никто — ни враги, ни начальство, ни женщины, которых он разводил на раз-два. В этом взгляде не было страха. Была усталость, злость и какая-то странная, почти оскорбительная для него решимость. — Это ты, — она ткнула в него указательным пальцем, — сюда пришёл! А с чем пришел? С обвинениями? С претензиями? — она развела руками. — А давай-ка мы с тобой разберемся. Что я там тебе обещала? Верность? Любовь до гроба? Цербер от такого наезда моргнул, но молчал, а она продолжила: — Нет. Я провела с тобой один вечер и одну ночь. Взрослый, взаимный, добровольный секс без обязательств. Или ты, великий и ужасный Цербер, привык, что после такого девушки вешаются тебе на шею и сами пишут заявления в ЗАГС? Он дёрнул щекой. Она попала в точку. Это был удар ножом по печени сзади — тихий убийца. — Я не… — начал он, но она перебила снова. — Я тебе писала? Звонила? Нет! — Но… — Ты не искал меня два месяца. Тоже, кстати, не писал и не звонил. Даже имени моего полного не узнал. А знаешь почему? Потому что тебе было похуй. Ты тоже планировал только секс на одну ночь. А теперь вдруг проснулся, пробил по базам, увидел, что я гуляла по набережной с каким-то мужиком — и у тебя засвербило? Завизжала твоя собственническая задница? — Это не так, — выдавил он, чувствуя, как почва уходит из-под ног. — А как? — она подошла почти вплотную, ткнула его пальцем в грудь. — Как? Что молчишь? Отвечай! Ты ревнуешь? Или тебе обидно, что тебя, крутого безопасника, обманула какая-то главбух? А в чем обманула? А? Цербер молчал, не поспевая за несущимся на всех парах локомотивом гнева Алины, а она продолжала, не собираясь его жалеть. — Удар по самолюбию? С какого перепуга-то у нас мужики на утро после случайной связи не вздыхают с облегчением, когда женщина тихо уходит, а истерят, как институтки в первый раз в сауне?? Ты мне никто. Ни друг, ни постоянный любовник, ни любимый мужчина. Ты — случайный попутчик. И я не обязана отчитываться перед тобой, где была, с кем ела и кого, прости господи, трахала! Он побледнел. Последняя фраза ударила наотмашь. Это был уже удар в затылок — рубильник жизни. Цербер, имеющий степень мастера спорта по боксу, даже не осознавал, что сравнивает слова Алины с запрещенными приемами в боксе. Зато оно хорошо осознавал другое. — Ты… беременна? — он сглотнул. — Это… Это от меня? Она посмотрела на него с нескрываемой жалостью. — А ты чего сюда припёрся? — голос её вдруг стал тихим и ледяным. — Я тебя звала? Искала? Нет. Предъявы предъявляла тебе? Тоже нет! Ну так и вали туда, где был! Свободен, Цербер! На выход! Она обошла его, прошла к входной двери, распахнула её настежь. Вернулась к нему, схватила за локоть и, пользуясь тем, что он стоял, как громом пораженный, развернула его на сто восемьдесят градусов и с силой вытолкала |