Книга Мой некромант – идиот, страница 8 – Любовь Алисова

— Первые камни Академии были заложены около четырёхсот лет назад по приказу короля Альберта Третьего…

— Уже ошибка, — тут же перебил Каэль.

— Не сейчас… — шепнул Эдрик.

— Король был Альберт Второй! Третий тогда ещё даже не родился.

Эдрик тихо прикрыл лицо ладонью:

— За что мне это…

— За любопытство. Ты сам меня призвал.

— Я не специально!

— Результат от этого не изменился.

Лекция продолжалась. Профессор увлекательно рассказывал о строительстве, старых факультетах и первых ректорах, а Каэль с откровенным возмущением исправлял почти каждое второе предложение:«Нет… Опять нет… Кто вообще написал этот учебник? Он никогда здесь не был! О, вот этого ректора я помню — ужасный человек, готовил отвратительный чай…»

Эдрик уже перестал бороться с улыбкой.

— Морвейн! — снова обратился профессор. — Может быть, вы поделитесь с нами тем, что вызывает у вас столько положительных эмоций?

В аудитории воцарилась тишина. Эдрик понял, что окончательно попался, и начал лихорадочно искать хоть какое-то оправдание.

И тут Каэль совершенно невозмутимо посоветовал:

— Скажи, что вспомнил анекдот.

— Какой ещё анекдот⁈

— Не знаю. Это уже твоя проблема.

Эдрик мысленно простонал и выдавил:

— Простите, профессор… Просто вспомнил одну смешную историю.

Вальтер посмотрел на него поверх очков:

— Надеюсь, после лекции вы сможете вспомнить и материал, который я сейчас объясняю.

— Конечно.

— Очень на это рассчитываю.

Профессор снова повернулся к доске, и Эдрик тихо выдохнул:

— Когда-нибудь ты меня погубишь.

— Нет, — спокойно пожал плечами Каэль. — Если бы я хотел тебя погубить, ты бы уже опоздал на завтрак.

Эдрик смотрел на него несколько секунд, а потом неожиданно рассмеялся. Каэль сделал вид, что ничего смешного не сказал, но уголок его губ едва заметно дрогнул. Именно в этот момент Эдрик поймал себя на странной мысли: всего за один день этот невозможный, ворчливый генерал успел стать самым раздражающим… и самым интересным собеседником в его жизни.

Лекция тянулась ещё почти час, но, к удивлению Эдрика, оказалась вовсе не скучной. Вернее, была бы скучной, если бы рядом не стоял Каэль.

— Этот портрет висел наоборот, — заметив картину на стене, шепнул генерал.

— Что?

— Во времена ректора Арнольда.

— Почему?

— Потому что он всем надоел.

— И кто его перевернул?

— До сих пор не нашли.

Эдрик покосился на генерала:

— Это был ты?

— Я никогда не признаюсь.

— Значит, ты.

— Без доказательств — всего лишь догадки.

Эдрик тихо усмехнулся.

— Морвейн, — снова окликнул с кафедры профессор.

— Да?

— Вы сегодня на удивление разговорчивы.

— Простите…

— Если вам так хочется общаться, можете после лекции помочь мне разобрать архив.

По аудитории прокатились смешки, а Дориан сочувственно прошептал под боком:

— Всё, ты попал.

— Спасибо за поддержку.

— Я поддерживаю тебя морально!

— Очень своевременно.

Наконец прозвенел долгожданный колокол. Студенты шумно поднялись со своих мест: кто-то поспешил к двери, кто-то окружил профессора с вопросами.

Эдрик облегчённо выдохнул:

— Кажется, пронесло…

— Не спеши радоваться, — спокойно осадил его Каэль. — Тебя всё ещё ждёт Греймор.

— Спасибо, что напомнил.

— Всегда пожалуйста.

В коридорах было шумно и многолюдно. Студенты спешили на следующие пары, обсуждали задания и строили всё более невероятные догадки о вчерашнем происшествии:«Говорят, руны на полигоне до сих пор светятся… Да брось, мне брат со второго курса рассказал! А я слышал, Морвейна теперь вообще к практике не допустят… Не говори ерунды!»