Книга Мой некромант – идиот, страница 59 – Любовь Алисова

— Ах, ну да… Именно так ведь официально написано в ваших школьных учебниках.

Профессор мгновенно замолчал, не найдя что ответить. Эдрик почувствовал, как всё внутри медленно оседает от липкого холода:

— Значит… — Он взглянул на призрака. — Учебники снова бессовестно врут?

— А ты только сейчас начал привыкать к этой мысли, Морвейн? — тихо усмехнулся Каэль.

Арон тем временем неторопливо прошёлся по комнате и остановился у стрельчатого окна, всматриваясь в темноту:

— Вы все так отчаянно ищете правду…

— Именно за этим мы здесь, — ответила Лира.

— Абсолютно напрасно.

— Это ещё почему⁈

— Да потому что эта правда… — Мужчина перевёл тяжелый взгляд на призрачного генерала. — Ему гарантированно не понравится.

Каэль сделала резкий шаг вперёд, теряя терпение:

— Хватит дурацких загадок, Арон! Отвечай прямо: где мои заблокированные воспоминания⁈

Арон некоторое время молчал, а затем ответил с пугающим спокойствием:

— Ровно там же, где ты сам когда-то лично приказал их спрятать.

Все присутствующие в шоке замерли. Эдрик даже нервно и непроизвольно прыснул:

— Простите… — Он ошарашенно перевёл взгляд на генерала. — Он сейчас на полном серьёзе сказал…

— Да, Морвейн.

— Это ты сам приказал стереть себе всю память⁈

Каэль молчал. Его призрачное лицо болезненно побледнело, и он сам с ужасом осознал, что уже не уверен в невозможности такого исхода.

И ровно в этот миг глубоко в его сознании эхом отозвался далёкий, давно забытый собственный голос:«Если ты искренне хочешь спасти это королевство… ты обязан полностью забыть всё».

Генерал зажмурился от резкой боли, и фрагмент снова бесследно растворился во тьме.

В комнате под самой крышей висела тяжёлая, почти осязаемая тишина. Первым её решился нарушить Эдрик.

— Простите меня… — Он перевёл растерянный взгляд сначала на призрачного генерала, а затем на хранящего спокойствие Хранителя. — Вы хотите сказать, что Каэль сам лично приказал стереть себе всю память?

— Вовсе не приказал, — ровным, прохладным тоном ответил Арон. — Скорее, глубоко попросил.

— Да какая разница, это же абсолютно одно и то же!

— Нет, юноша, разница принципиальная.

— И в чём же она⁈

Арон долго молчал, всматриваясь в сгущающиеся за окном сумерки, прежде чем тихо выговорить:

— В том, что я решительно отказался выполнять эту просьбу.

Присутствующие ошеломлённо переглянулись.

— Отказались? — переспросила Лира, слегка подавшись вперёд.

— Именно так.

— Но тогда…

— А вот тогда он уже официально приказал как командующий.

Каэль медленно, словно у него подкосились бестелесные ноги, опустился на старый деревянный стул.

— Ничего не понимаю… Это не укладывается у меня в голове.

Арон подошёл ближе к стрельчатому окну. За стеклом темнело, и дождь уже вовсю барабанил по старинной черепице:

— В тот роковой день Совет уже официально принял своё окончательное решение.

— Какое ещё решение⁈ — угрюмо спросил профессор Вайс.

— Решение полностью уничтожить архив.

— Что⁈ — Вайс резко подскочил на месте. — Но нам же всегда, четыреста лет подряд твердили, что архив просто-напросто запечатали от греха подальше!

— О, так гораздо проще и безопаснее объяснять юным студентам, — Арон горько и печально усмехнулся. — Поверьте, архив вовсе не собирались закрывать на замок. Его планировали сжечь дотла.