Книга Магическая штучка, или Невеста с характером, страница 17 – Анна Рэй

— Ладно, добавим ее пока к «Неоперившимся», — предложила я и вытерла рукавом испарину со лба.

Пока распределяла невест по группам, притомилась. А как иначе? Нужно ж подготовиться к слежке: изучить биографию, повадки, слабые места.

— Пф-ф, — фыркнула Полли, ткнув лапой в тетрадь.

— Согласна, досье пока непроработанное. Но ведь это только начало. Сперва мы забьем кандидаток… — Змеелисица пискнула и закрыла лапами глаза. — Забьем имена в столбцы, — поправилась я. — Затем соберем недостающую информацию. А для этого нужно за девицами проследить.

Змеелисица радостно зафыркала, соглашаясь со своим любимым занятием, а заодно стащила со стола очередной кусок.

— Только, боюсь, ты скоро не то что следить, а ползать не сможешь! — возмутилась я. — И за деревом не спрячешься, габариты не позволят.

Зверь жалобно завыл, а серебристое перо нарисовало внизу страницы маленького лисенка с несчастным взглядом.

— Спелись, — посетовала я.

В лавку тем временем вернулась маменька, победно размахивая вечерним выпуском газеты.

Мое внимание привлекла статья Жофрея Клокана, главного писца Протумбрии и пресс-секретаря Отбора. В рубрике «Отборные невесты» имелись портреты кандидаток, а еще был указан возраст и место рождения. Переписала данные в свою черную книжечку и уже собиралась выбросить газету, как вдруг на глаза попался анонс первого тура под названием: «Модный приговор».

Борзописец сообщал, что на первом этапе невесты должны удивить высокое жюри нарядами. Какими такими нарядами? Удивить я могу только блохой-следилкой! В крайнем случае, подушкой-пукалкой или летающей ступкой.

А ведь в приглашении из дворца был намек на наряд. И где я его возьму в такой поздний час? Эх! Маменька оказалась права: придется позаимствовать у нее свадебное платье. Другого-то все равно нет.

На следующее утро я проснулась с отчетливым чувством приговора. Полли спала, обняв форму для выпечки, а маменька бодро орудовала на кухне в фартуке с надписью: «Отбор на выживание».

— Подъем, золотце мое! Примерь! — Мама указала на свое старое свадебное платье.

— Мам, давай скажем, что я заболела. Это лучше, чем выйти к публике в торте с оборками и розочками!

— Нет, доча, ты не просто выйдешь. А выйдешь, гордо подняв голову. В этом платье я поймала твоего отца. И пусть он сбежал, но платье свое дело сделало! — с этими словами она с вызовом посмотрела в зеркало.

Я тоже припала к зеркалу, после того как примерила злосчастное платье. И ахнула. Кремовое кружево, пышная юбка, рукава-фонарики сами по себе выглядели неплохо. Но все вместе напоминали даже не торт с розочками, а кочан капусты.

— Мило, — выдавила я.

— Зефирка ты моя! — растрогалась маменька. — Иди, удиви всех. А если кто обидит — бей локтем под ребра, как я тебя учила.

Полли смотрела на меня с выражением полного отчаяния, закрыв лапками мордочку. А мама решила «добить», соорудив оригинальную вечернюю прическу, предварительно накрутив пряди на бигуди, которые достались ей еще от бабушки.

Во дворец я прибыла во всеоружии, то есть нижние юбки были взбиты, волосы напоминали кокон. Я встала в углу, стараясь слиться со стенкой.

В холле уже толпились невесты, каждая в наряде, достойном лучших королевских приемов. Платья пестрили блестками, стразами и мерцали магической подсветкой. У Этель платье пело, у Мальвин шлейф вился во весь коридор.