Книга Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший, страница 157 – Анна Солейн

Ашер обожал Джесси, и тот отвечал ему взаимностью.

Если я бывало все же спрашивала, о чем они шепчутся, то Ашер важно отвечал, что “это не для девчонок”.

Джесси это ужасно веселило.

Вид у Ашера был при этом такой хулиганский, что я не могла не улыбнуться и не поцеловать его, даже несмотря на то, что ответа на свои вопросы никогда не получала.

Вот и сейчас Джесси отлично понял, что Ашер имел ввиду.

Он ухмыльнулся уголком губ — совсем как отец! ну один в один! — и наклонился, чтобы постучать по деревянному основанию кровати.

Ашер важно кивнул и тоже постучал по стене.

Из-под рукава Ашера на несколько мгновений показался широкий кожаный браслет — когда-то я помогла Джесси смастерить его в подарок Ашеру на день рождения.

Вручить подарок день в день не вышло, конечно, да и праздник вышел каким-то скомканным но… Но Ашер носил этот браслет, не снимая. И говорил, что он даже важнее обручального кольца.

* * *

Так и вышло, что на нашей свадьбе присутствовал только один наш ребенок — тот, которого я носила под сердцем и которому едва исполнилось пару месяцев.

Ашер почему-то был уверен, что это девочка. Я никаких прогнозов не делала: просто знала, что мы будем любить нашего малыша в любом случае.

Каким бы он ни родился, он родится у людей, которые души в нем не чают.

Я была абсолютно счастлива, несмотря на неудобное платье, туфли и шумиху вокруг нас.

Конечно, невеста в белом, да еще такая, которая нагуляла до свадьбы ребенка и уже была замужем, — ужасное оскорбление императорской семьи, ужасное!

Но в нашем случае — оскорблением больше, оскорблением меньше… Мы ведь с Ашером еще и жили вместе весь последний год к ужасу всего приличного общества.

Я подозревала, что Ашеру доставляет огромное удовольствие дергать за усы чопорное приличное общество, но доказать этого не могла. В любом случае, герою войны, который снова стал одним из самых могущественных драконов в империи, не спешили высказывать свои претензии вслух.

А к алтарю меня вел Метьюз. Я просто не могла представить себе в этой роли кого-то другого.

Как я ни уговаривала этого старого брюзгу перейти работать в больницу, которую я планировала основать в столице и которая будет заниматься наконец всерьез неврологическими болезнями, он отказался наотрез.

“Что ты там, с императорскими деньгами себе целителей не найдешь? — ворчал он. — Найдешь как палец в жопу засунуть! А тут кто останется? Кто будет здешних лечить? Не знаешь? Вот и я не знаю. Не дури голову, у меня работы много!”

Помочь мне согласился Томас. В больнице, которая откроется уже через год и на которую мне выделила деньги корона — удобно иметь в почти-родственниках императора и регулярно напоминать ему о том, кому он обязан чудесным спасением брата, — я планировала сделать отдельное отделение для помощи людям с ПТСР.

И помощь Томаса там будет неоценима. А пока… пока он обустраивался в столице и уже даже завел кошку.

Я надеялась, что в этот раз у него все получится.

У меня было хорошее предчувствие.

— Согласны ли вы, — медленно и торжественно произнес священник, — герцог Дерек Ашер, взять в жены мисс Амелию Грейс? Любить ее и почитать каждый день вашей жизни, пока смерть вас не разлучит?

В тишине раздался громкий всхлип — мне даже не пришлось оборачиваться, чтобы понять: это мама.