Книга Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший, страница 119 – Анна Солейн

Я открыла рот, чтобы ответить, но просто кивнула и вышла.

На кухне я попросила у добродушной поварихи оставшийся после завтрака кофе и принялась бездумно помешивать его крохотной ложечкой, глядя из окна на по-осеннему голый сад.

За спиной раздавался мерный стук ножа поварихи о разделочную доску и шорох, с которым горничная отмывала пятна жира от плитки.

Я думала об Ашере, о его "хоть иногда забывать о том, что я калека", а потом мысли утекли к тому, что я в последние дни не могла выкинуть из головы.

К Уэйну.

Зачем он приходил ко мне домой?

Что вынюхивал?

И что мне с этим делать?

Я закусила губу.

Один вариант был.

Но он мне категорически не нравился.

В коридоре раздались шаги, и на секунду мне показалось, что это Уэйн.

Я молниеносно обернулась, сжав в кармане юбки нож.

— Его светлость приказывает вам подняться, — скривившись, сказал Мортимер.

И, не дожидаясь ответа, ушел.

Я покрепче вцепилась рукой в чашку, которую едва не выронила — так сильно меня затрясло.

Нужно что-то с этим делать, пока я сама себя не свела с ума.

А зачем Джесси сумасшедшая мама? Ему нужна нормальная, особенно когда он вернется вместе с мистером Нейсом из леса и захочет показать мне все найденные там сокровища.

Могу ли я считать, что мой сын в безопасности с мистером Нейсом?..

Впрочем, Джесси никогда не интересовал Уэйна. Судя по доставшимся мне от Амелии воспоминаниям, он относился к мальчику с изрядной долей брезгливости и говорил с ним, только если тот попадался под руку.

Другое дело — Амелия. К ней Уэйн питал особенные… чувства.

Я посильнее сжала в кармане нож и поставила чашку на стол.

— Спасибо, — пробормотала я, глядя вслед Мортимеру.

Он скрылся за поворотом, и мой взгляд сам собой упал на букет красных роз в коридоре, который был виден через приоткрытую дверь кухни.

При виде роз бабочки в животе возбужденно запорхали, а в груди поселилось какое-то странное чувство вроде… радости?

И даже мысли о Уэйне и страх не могли этому помешать.

Это было странно.

Непонятно.

И снова странно.

И еще раз непонятно!

Но что, если я могу просто… дать бабочкам волю?

Учуяв мою слабину, бабочки приободрились, запорхали в животе активнее, и перед глазами возникла картинка, как я подхожу к Ашеру и, вместо того, чтобы заговорить с ним о деле, просто…. целую его в губы.

Внутри от одной только мысли об этом все перевернулось. Я как наяву почувствовала мягкость губ, запах кожи, крепкие руки на плечах…

Нет, стоп.

Сначала — разговор, который я откладываю уже который день.

А потом посмотрим.

— Красивые, да? — радостно спросила повариха, выдергивая меня из размышлений. — Цветы. Эх, и что его светлости в голову взбрело?

Я почувствовала, как к щекам приливает краска.

— Не знаю. Спасибо за кофе. Я пойду.

— Невесту ждет в гости, — вдруг вклинилась в наш разговор горничная, про присутствие которой я успела забыть.

— Невесту? — вздрогнула я, поворачиваясь к ней. — Почему ты так думаешь?

Она передернула узкими плечиками и поскребла невидимое пятно на полу.

— Зачем еще мужчины цветы покупают? Не себе же. Женщине. Значит, она скоро приедет.

Ну да. Не может же быть такое, что эта самая "она" уже здесь.

Ведь не бывает такого, чтобы герцоги и герои влюблялись в кого попало, особенно если эта "кто попало" — я.