Книга Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший, страница 102 – Анна Солейн

Конечно, он этого не сделал.

Вместо этого Метьюз, который не раз и не два грозился вышвырнуть с территории больницы и кошку Пчелку, и ее подросший выводок, на днях приказал найти место для них где-нибудь под крышей, “а то хвосты поотморозят, лечи потом”. Томас согласился заняться строительством и обустройством будущего кошачьего домика.

Ашер…

Я сама не смогла бы сказать, в какой момент новый распорядок вдруг стал привычным. Теперь не только я одна приходила к Ашеру — обычно я приводила с собой еще и Джесси.

Пока мы с Ашером делали упражнения, мистер Нейс (“Оливер, Амелия, я же просил!”), занимался с Джесси.

Вначале я надеялась, что от этого будет толк, что произойдет чудо: профессионализм мистера Нейса и близость другого дракона, отца Джесси, сделают свое дело, он вдруг начнет поправляться. Но…

Но чуда не произошло. Мой мальчик по-прежнему не говорил и не собирался находить у себя внутри магию.

От этого у меня в сердце каждый день что-то потихоньку умирало.

— Вы не стараетесь! — рявкнула я Ашеру, который как раз пытался сделать шаг. — Приложите хоть немного усилий!

— Боже… Целительница Уэйн, какая муха снова тебя укусила, — пробормотал Ашер, глядя вниз.

Он стоял посреди комнаты, вокруг него висела едва заметная сизая дымка моей магии, которая помогала ему не падать.

Сколько сил мне стоило убедить Ашера принять мою помощь, словами не передать. Вот же упертый баран!

“Я вам что, мешок с дерьмом, чтобы меня к потолку магией подвешивать?”

Заметьте, про содержимое мешка — не я это сказала! Как будто у нас был выбор!

В этом мире не было аппаратов для вертикализации, подвесов и, прости господи, роботизированных экзоскелетов, так что приходилось довольствоваться тем, что у меня было: магией и металлическими брусьями, которые по моему заказу изготовили в кузнечной мастерской.

Моя магия помогала Ашеру держаться вертикально, заменяя подвес, а брусья нужны были, чтобы на них он опирался при ходьбе, легче держал равновесие и постепенно учился заново опираться на ноги. Вот только Ашер не шел. Ни одного шага за все время не сделал. Даже ногой не пошевелил.

— Меня никакая муха не “укусила”, я говорю, как есть. Я целительница, это моя работа.

С того момента, как Ашер меня нанял, прошло больше трех месяцев. Конечно, за такой короткий срок невозможно полностью восстановить подвижность, невозможно сделать так, чтобы он встал и счастливо побежал в сторону ромашкового поля.

Но какие-то ведь сдвиги должны быть!

Мы убрали спастику, делали активно-пассивные упражнения, массажи… Настал черед того, чтобы Ашер постепенно учился ходить самостоятельно, укреплял мышцы и приучал мозг к нужным движениям — для этого-то и нужны были брусья пополам с моей магией. Но это не работало.

— Ты не даешь об этом забыть.

Ашер тряхнул головой, а потом приподнял себя на руках и, оттолкнувшись, рухнул в стоящее вплотную к брусьям кресло.

Он тяжело дышал. На его лице в этот раз не было повязки, и мне казалось, что он вот-вот обернется и поймает мой взгляд.

Зрение Ашера тоже не восстанавливалось.

За три месяца — никаких сдвигов в лучшую сторону.

Я перебирала в уме сотни объяснений этого и ни одно из них мне не нравилось, потому что сводились к тому, что "надежды нет, нервная система слишком сильно повреждена".