Книга Горн Стихий, страница 111 – Екатерина Флат

— Рудик! — радостно взвизгнула она. — Пойдем скорее!

— Бегу, моя прелесть! — цепляя окружающих своим увесистым чемоданом, он двинулся за ней вглубь квартиры.

По пути Женя выцепила меня из оккупации ее щебечущих двоюродных сестриц и потащила за собой. И мы втроем закрылись в ее комнате.

— Рудик, это Карина, я тебе про нее рассказывала, — торжественно представила меня Женя.

Рудик цепким взглядом оглядел меня с головы до ног и, по всей видимости, в восторг не пришел. Выдал как диагноз:

— Это будет очень непросто.

— Что непросто? — мрачно поинтересовалась я.

Меня нагло проигнорировали. Женя уселась на стул посреди комнаты.

— Все, я готова, — сообщила она.

И Рудик открыл свой чемоданчик… У меня аж глаза разбежались. Сразу стало понятно, что этот странный субъект — парикмахер-визажист. Пока он колдовал над Женькой, вернулись Рита со Светой. Они умудрились даже где-то раздобыть свадебные плакаты, и сейчас мои подружки припрягли толпящуюся в квартире молодежь. Подгоняемая своей проснувшейся совестью я в который раз повторяла придуманный сценарий, чтобы в решающий момент ничего не забыть. Время неумолимо подползло к полудню.

Около часа дня Рудик закончил колдовать над Женей, соорудив ей на голове нечто умопомрачительное. Макияж, правда, оказался умеренным, если можно так выразиться. Пришлось признать, что он, действительно, профессионал, потому что и без того хорошенькая Женька теперь стала просто неотразимой красавицей. С видом знатока Рита мне сказала, что наложить такой якобы незаметный макияж — настоящее искусство.

А Рудик уже переключился на меня. Недовольно цокая языком, несколько раз обошел вокруг. Света, Рита и Женя сидели рядком на диване и с интересом за ним следили.

— Сколько у нас осталось времени? — поинтересовался он.

— Жених со свитой нагрянет через два часа, — отрапортовала Рита.

— Маловато, но перекрасить ее успеем, — деловито констатировал он. — Сделаем шикарнейший градиент: от темно-сливового к барби-розовому.

— Это мне, что ли? — перепугалась я.

— Другой кандидатуры я здесь не вижу, — он снова окинул меня крайне придирчивым взглядом.

— Ни за что! — возмущенно завопила я.

— Нет, ну я не могу работать в таких условиях! — Рудик демонстративно закатил глаза.

— Звезда в шоке, — тихо хихикнула Рита.

— Я не дам меня перекрашивать! — запротестовала я, на всякий случай схватившись за голову. — Чем это мои волосы не устраивают?!

— Тем, что они рыжие. В этом сезоне такой цвет просто фуфуфу, совершенно не моден, — безапелляционно заявил он.

— Да мне ни разу не интересно, модно или нет, — оскорбилась я, — и волосы у меня не рыжие! Они… русые с медным отливом, вот!

— А я тогда японская балерина, — фыркнул Рудик.

— Тебе виднее кто ты там, — обиженно парировала я.

— Спокойно, спокойно, — вмешалась в назревающий конфликт Рита, — у нас и так мало времени, так что давайте не будем ругаться. Рудик, — она кокетливо захлопала ресницами, — ну ты ведь профессионал, неужели нельзя с Каринкой сделать что-нибудь без столь кардинальных мер?

— Не знаю, не знаю, — протянул он.

— Ну пожалуйста, — хором взмолились девчонки.

— Ну я, конечно, попробую, — ему явно очень хотелось, чтобы его поуговаривали, — но чуда вам обещать не буду. Сама-то она ничего, но волосы… У меня вот просто культурный шок от этого рыжего цвета… Ладно-ладно, посмотрим. Какая будет одежда?