Книга Между двух огней, страница 80 – Екатерина Флат

Да что я опять их сравниваю?! Полнейший хаос в мыслях и чувствах…

И снова резкий укол в солнечное сплетение…

— Ну а до тех пор, — внимательно смотрел на меня Лиам, — я как раз за тобой понаблюдаю. Не думай, дело не в том, что я тебе не верю. Но мне нужны гарантии, что твоя магия не влияет на тебя, не заставляет быть лживой и изворотливой.

— Разве магия вообще на такое способна? — невольно вырвалось у меня, за что клеймо тут же в очередной раз резко кольнуло.

— Магия эдарингов и не на такое способна, — с презрением парировал Лиам. — Зато теперь очевидно, почему мир явил еще одного опустошителя раньше срока. Я наделен этой силой именно затем, что защитить мироздание от твоей магии. И даже жаль, что верховный эдаринг погиб на балу, по всем правилам я должен был сам с ним разобраться.

— А если бы Лекс не погиб? — снова не удержалась я.

— Тогда бы я убил его незамедлительно, — категорично ответил Лиам. — Этот негодяй не имеет права существовать.

— Но ведь ты совсем не знал его как человека, — собственные слова чуть не застряли поперек горла, клеймо будто было готово меня придушить за любое лишнее слово и попытку спорить.

— А зачем мне его знать как человека? — с искренним недоумением смотрел на меня Лиам. — Главное, что он — эдаринг, и потому заслуживает смерти. Ладно ты, у тебя еще есть шансы так и остаться безобидной. А этот злодей, раз смог себе даже слуг Заката подчинить, однозначно угроза для мира. И мой долг все подобные угрозы уничтожать на корню. Тем более, будь он жив, именно он мог бы пробудить в тебе магию. И уже за одно это стоило бы от него избавиться. Я бы ни за что отдал бы тебя ему в пользование даже на одну ночь, даже под угрозой твоей гибели. Его смерть — разом решение всех проблем.

То есть, если я все-таки скажу Лиаму о Дэмиане, то он попытается его убить? Явно же не ради красного словца это говорит, искренне так считает. Но я все же не желаю Дэмиану зла. Тем более магию я и без него смогу пробудить, отдам ее Беате, и тогда уже Лиам не станет воспринимать меня как зло, это уберет последнюю преграду между нами.

А он все продолжал. Словно за все эти дни слишком многое скопилось, что он бы хотел мне сказать.

— Не знаю, кто мне так удружил, но я попал под действие зелья бессонницы. Я борюсь с ним и скоро уже должен преодолеть. Мы снова будем просыпаться вместе. И здесь, именно в этой спальне. Но пока тебе все же стоит вернуться в свою комнату. Невыносимо, что ты рядом, но я даже толком коснуться тебя не смогу. Надеюсь, лорд Тавер в ближайшее же время решит этот вопрос, иначе я просто опустошу магически всю территорию университета вместе с этой невнятной «лихорадкой».

— Но тогда ведь ты опустошишь магию и всех людей здесь, — растерянно возразила я.

— И что? — он и бровью не повел. — Я же не до конца это сделаю, магия все равно у каждого постепенно восстановится. Да и это сущие мелочи. В конце концов, мне моя сила дана не просто так, а чтобы я ею пользовался.

Тут же в памяти всплыли те слова Деррека:

«Сам он все больше попадает во власть своей сущности. Слишком он пока слаб духом и неопытен, чтобы обуздать такую мощь. И его же сильные эмоции пробивают бреши в самообладании. Конечно, есть шанс, что опустошитель немного утихомириться. Но гарантии нет. И даже мне представить страшно, что будет с миром, если подобный маг перестанет свою разрушительную мощь контролировать.»