Книга Между двух огней, страница 120 – Екатерина Флат

И магическая природа мира стала именно такой, какой и должна быть.

— Вот мы с тобой и пришли к тому, с чего и начали, — Дэмиан улыбался, хотя от слабости явно едва стоял на ногах. — Столько всего с нами произошло, но мы по-прежнему последние эдаринги…

А вокруг нас мир вновь обретал все краски. Время запустилось. Все вернулось на круги своя.

И возникший в паре шагов от нас сияющий портал приглашающе сверкал наконец-то покинуть это место. Наверняка это Эдриан постарался.

— Пойдем, нужно поскорее вернуться в университет, — обеспокоенно смотрела на Дэмиана я. — Чем скорее ты окажешься у целителей, тем лучше.

— Ты хочешь упечь меня туда, где я ненавидел находиться последние два года? — усмехнулся Дэмиан. — Вот уж не думал, что ты настолько жестокая.

— Ничего-ничего, тебе полезно, — хитро улыбнулась я. — В прошлый раз, когда ты попал в университетскую лечебницу, ты говорил, что это тебе заслуженная кара. Но теперь, считай, своеобразная награда.

— Я бы предпочел, чтобы меня награждала исключительно ты, а не старший целитель своими отвратными зельями, — но все же спорить не стал. Очевидно, его состояние и так уже было на грани.

В университете царила суета. Да, если кто-то и понял, что именно произошло, то только лорд Тавер. Ну и, может, леди Селия, которой он мог рассказать. Но все остальные так и остались в неведении, почему мир замирал без магии, но после все восстановилось.

И тревога за Дэмиана требовала, чтобы я осталась с ним, но нет, пришлось довериться опыту целителей и все же уйти. У меня осталось одно незаконченное дело. Одно еще невыполненное обещание.

Назад, к разрушенной древней святыне эдарингов, я вернулась так же порталом, который пока сохранялся. И пусть мир вокруг цвел буйными красками, но гигантская выжженая рытвина в земле еще долгие годы будет молчаливым свидетельством, что когда-то именно здесь столкнулись ни на жизнь, а на смерть опустошитель и верховный эдаринг… Но сейчас даже вспоминать о том кошмаре не хотелось.

Я поспешила к чудом уцелевшему стоящему в стороне храму. Но теперь было вовсе не страшно входить в его тьму. Пусть отданная миру моя магия еще никак не успела восстановиться ни на крохотную искорку, но теперь это место принимало меня. И вовсе не страшной казалась окружающая тьма. Она расцвечивалась крохотными сполохами, которые и вели меня к моей цели.

Казалось, спуск длился бесконечно. Но стоило тьме рассеяться, я увидела Беату. Она лежала на холодном каменном полу, свернувшись калачиком. Ее била крупная дрожь, кажущиеся остекленевшими глаза смотрели в пустоту — она будто бы уже перешла грань невозвращения…

Страж междумирья был здесь же. Старик стоял в нескольких шагах от Беаты недвижимо, словно сам сейчас был лишь видением.

— Неужели уже слишком поздно? — встревоженно спросила я.

Но он будто бы не услышал моего вопроса. Тихо произнес:

— По сути, она, как и Лиам, всю жизнь была заложницей своей силы… Но Лиама сделало таковым мирозданием, а ее — другие люди. Но должна ли она расплачиваться за чужие ошибки? Должна ли расплачиваться за жестокосердие и безумие своей матери? За фанатичность тех, кто растил ее не как ребенка, нуждающегося в любви и заботе, а как покорное во всем совершенное оружие?..

Он поднял на меня перевел на меня взгляд.