Книга Сыпала ночь снег, страница 53 – Екатерина Флат

— Это сейчас была констатация факта, — он невозмутимо улыбнулся.

— Минуточку внимания! — забряцал вилкой о бокал Александр Федорович. — Как вы знаете, сегодня у нас с моей любимой Машенькой праздник! Ровно тридцать лет назад мы стали мужем и женой! Тридцать лет! Кажется, такой большой срок! Но пролетели они как один… — он осекся и демонстративно нахмурился. — Так, Артем, это ты сейчас сказал “В компании с толстяком время летит незаметно”? — он погрозил вилкой симпатичному блондину справа от себя и как ни в чем не бывало продолжил: — Так вот, дорогая моя Машенька! — подал руку сидящей рядом жене, Мария Александровна, счастливо улыбаясь, встала. — Столько всего было за эти годы! И плохого, и хорошего, но поверь мне, я ни разу не пожалел, что связал свою жизнь с тобой! И в этот памятный день позволь преподнести тебе подарок, — он передал ей плоскую бархатную коробочку, которую до этого держал за спиной.

Его супруга открыла и ахнула. У меня было такое впечатление, что ей очень хочется с визгом повиснуть у мужа на шее, но вроде как амплуа великосветской дамы не позволяет.

— В этом ожерелье ровно тридцать редких жемчужин! — продолжал Александр Федорович. — Как знак того, что все прожитые в браке годы прекрасны, уникальны и дороги мне, как эти жемчужины!

Мария Александровна начала растроганную ответную речь, но я уже не слушала.

— И вот неужели после этого ты будешь утверждать, что любви не существует? — шепотом поинтересовалась я у Макса. — Невооруженным взглядом же видно, что они до сих пор любят друг друга.

— Глупости, — парировал он. — Они просто очень хорошо друг другу подходят.

Прозвучало еще несколько поздравительных речей. Если честно, одинаково скучных. Отличился только сын юбиляров — Артем. В полушутливой форме он поздравлял родителей с наличием у них себя и всячески восхвалял этот факт. Видимо, кроме красоты матери ему еще и досталось добродушие отца, потому что в отличие от сестры, мне он понравился. Каждый раз, когда мы с ним встречались глазами, он хитро мне подмигивал.

Наконец, было дано официальное разрешение приступить к трапезе. Перед этим, правда, прозвучал тост “За молодых!”. Причем Александр Федорович в своей громогласной манере заявил, что тот, кто не выпьет, нанесет ему смертельное оскорбление. Чувствуя на себе несколько внимательных взглядов, я, скрипя сердцем, попросила Максима налить мне коньяк. Градус спиртного, насколько я помнила простые студенческие заповеди, понижать было нельзя, и разные виду лучше не смешивать, вот и оставалось только травиться коньяком. Вторая рюмка, правда, далась легче, чем первая. Легкий туман в голове сменился удивительной ясностью и невесть откуда взявшейся смелостью. Мне тут же захотелось высказать Максу все, что я о нем думаю. Едва сдержалась.

Когда гости потихоньку уже начали вылезать из-за стола, легкую фоновую музыку сделали погромче. Пространства для танцев оставалось вдоволь, чем многие и воспользовались. Интересно, что все мелодии были классическими. Как пояснил Максим, его тетя терпеть не могла современную эстраду.

Я все ждала, когда Лена сотоварищи перейдет в наступление. И этот момент как раз настал. Предназначенная Максу брюнетка в фиолетовом шелковом платье с довольно глубоким декольте подошла к нам, плавно качая теми частями своей идеальной фигуры, которые имели тенденцию качаться. Когда она еще была только на подходе, я прошептала Максиму: