Книга Невеста-самозванка, страница 179 – Екатерина Флат

— Теоретически ее могла бы выдать исключительность магии. Но в таком случае они бы точно Марситу бы уже обнаружили и использовали бы для переделки мира.

— Значит, у нас есть еще шанс найти ее первыми! — настроение Орвунда снова, подобно шальному маятнику, метнулось в противоположную сторону. Но он все же сам себя осадил: — Только это все еще при том условии, что сказанное в свитке правда.

— Вот это я у короля и узнаю. Не волнуйся, я смогу все выяснить так, чтобы не выдать ни тебя, ни нашу осведомленность. Но, поверь, если кто-то и в курсе, то только он. Вот и посмотрим, что он мне ответит.

И если сказанное в свитке, на самом деле соответствует действительности… Нет никакой необходимости жениться на принцессе. Да вообще на ком-либо жениться исключительно в надежде на передачу магии!

Он… Он будет волен поступать так, как хочет сам. А не так, как диктует ему долг.

— Только, Эйтон, мы пока можем лишь предполагать, какой именно был замысел у богини, — Орвунд сбил его с мыслей. — Раньше у нее была армия древних магов, а теперь ты один. Раньше она была неуязвимой высшей сущностью, а теперь она смертная. То есть сейчас для них заполучить ее силу, способную менять мир, проще, чем когда-либо! Должен же быть чем-то оправдан этот риск с ее стороны… Как ты думаешь?

— Думаю, что со всем разберемся. Обязаны разобраться.

Иначе никак. Слишком многое стоит на кону, чтобы допустить хоть единую ошибку.

Когда-нибудь он объяснит все это Ане… Но пока остается надеяться, что она сможет принять его и вместе со всеми этими тайнами.

* * *

Конечно же о прибытии во дворец Эйтона королю сообщили почти тут же, едва тот вообще пересек портал. Но, как Орвунд и предсказывал, на прием Гевес вызвал не сразу, хотя все равно со спешкой. Видимо, ему самому не терпелось что-то обсудить, раз он призвал к себе прямо во время завтрака.

Трапезничал Гевес в гордом одиночестве. Если, конечно, не считать слуг, стоящих истуканами вдоль длинного стола, и стражи у дверей. Сам же стол буквально ломился от разнообразия блюд — такого количества хватило бы, как минимум, на торжественный прием.

Король восседал во главе стола, опухший настолько, словно на него нападали пчелы. Видимо, снова накануне устраивал знатную попойку.

— О, Эйтон, как я рад тебя видеть! Присоединяйся, присаживайся. Мы же, считай, уже фактически одна семья, пора привыкать трапезничать в кругу родственников.

— Спасибо, но я не голоден, — Эйтон все же не показал нахлынувшего раздражения. Сейчас мысль о женитьбе на принцессе казалась еще противнее, чем раньше. И как сам Гевес вызывал лишь отторжение и неприязнь, так и перспектива лицезреть его каждый день. Родственничка…

— Что ж, понимаю, — пробурчал тот в ответ с набитым ртом. Видимо, манеры в кругу «родных» не полагались. — Но ты же не просто так появился с утра пораньше? Я ведь тебя знаю, ты у нас вечно деловой, без веских причин не навестишь, — даже если в этом и подразумевался укор, то все равно вышло не очень.

— Мне нужно обсудить с вами кое-что крайне важное. И, естественно, наедине.

Вздохнув, король отложил уже надкусанное пирожное и скомандовал:

— Все вон!

Сразу слуг как ветром сдуло. Последними вышли стражники и надежно закрыли за собой двери.

— Ну-с? — Гевес смиренно сложил руки на животе. — Я тебя внимательно слушаю. Да, и если ты наконец-то решил назначить дату помолвки с Видией, то это лучше с ней согласовывать. Ты же знаешь, она…как бы сказать…с характером. Но сейчас не самое лучшее время. Принцесса слегка больна.