Книга Хранитель дракона, страница 49 – Екатерина Флат

Так я и сидела, пока дракончики спали. Просматривала книги, пила чай. В спальню возвращаться не спешила. Пусть Вейлы там уже, скорее всего, нет, но мой «брат» никуда не делся. А мне совсем не хотелось ни видеть его, ни говорить с ним. Может, все-таки удастся расселиться? А то чем дальше, тем неприятнее находиться с Лексом в одной комнате. А если еще и Вейла теперь станет постоянно наведываться, чтобы на всякий случай демонстрировать мне, какая у них любовь, то вообще кошмар. Ну ничего, надо будет завтра осторожно расспросить куратора о возможном переселении. И в случае удачи Клементину обязательно с собой забрать, как я Лексу и предлагала. Может, теперь он и не станет возражать.

Проснувшийся Гринфрог наотрез отказывался уходить из трапезного зала.

— Ты что? — верещал он, вцепившись лапками в столешницу. — Да это же идеальное место для жизни! Во-первых, тут полно еды. А во-вторых, здесь нет противного Лекса. В общем, ты как хочешь, а я остаюсь!

— Ну и оставайся, а мы с Клементиной пошли, — я прихватила книги, взяла на руки драконочку и демонстративно направилась к выходу.

— Так нечестно! — завопил мне вслед Гринфрог. — Клементину оставь!

Но я даже не обернулась, лишь заговорщически подмигнула хитро улыбающейся драконочке на моих руках.

Позади послышался громкий шлеп, а следом недовольное бурчание:

— Злая-презлая шантажистка. Последней радости в жизни лишает. Стой, хоть на руки меня возьми!

— Извини, придется тебе самостоятельно топать, — я была неумолима. Надо же его как-то воспитывать.

— Чего?! — ужаснулся Гринфрог. — Моими маленькими бедными лапками?! Это что еще за издевательство над драконами?!

— Слушай, мне двоих нести тяжело, — пояснила я, выходя из трапезного зала в коридор, — так что придется идти пешком либо тебе, либо Клементине. Выбирай.

У бедного Гринфрога в неравном эпическом бою схлестнулись симпатия к Клементине и природная феноменальная лень. Дракончик несколько секунд просто растерянно хлопал глазами, а после насупился:

— Знаешь, кто ты? Злая, бессердечная лентяйка, — но топал дальше сам, на руки не просился. — Ты вообще должна с меня пылинки сдувать, а не заставлять так страдать.

— Бедненький, — искренне расстроилась Клементина, — давай я лучше сама пойду.

Гринфрог тут же выпятил грудь, напустив на себя важный героический вид.

— Нет, ни в коем случае. Ради прекрасной дамы я готов на любые подвиги, ведь не зря же меня зовут Доблестный Победитель, — и тут же сварливо добавил: — Маринка, про прекрасную даму сейчас, если что, было уж точно не про тебя.

Мы в это время как раз свернули на старую лестницу, все-таки магическим туннелем я пока воспользоваться не рискнула. Клементина мерцала, озаряя нам путь. Гринфрог перескакивал со ступеньки на ступеньку вполне бодро, но при этом упорно сохранял выражение вселенского страдальца. И непрестанно бурчал про мое бессердечие и эгоизм. Вдобавок подытожил:

— И вообще вы с Лексом идеальная пара! Только о себе и думаете, вместо того, чтобы думать обо мне! У меня вон уже лапки пыльные!

— Ничего, как придем, пойдешь купаться, — задумчиво отозвалась я, оглядывая очередной темный коридор.

— Купаться? — Гринфрог чуть не задохнулся от возмущения. — Ты меня сегодня совсем добить решила?

Но я ничего не ответила, замерла на месте.