Книга Принцесса и Дракон, страница 119 – Екатерина Флат

— Верите — нет, но я долгое время ходил с длинными волосами.

— Правда? — у Ламины даже глаза расширились.

— А то! И меня почему-то все упорно принимали за бродячего барда! Как-то раз надо было пробраться в одно тайное логово, пройти смогли только мы с Рамиром из-за магической защиты на входе, остальных она бы не пропустила.

Что за остальные? Почему магическая защита пропустила Рамира? Понятно, почему Вернона, он не маг, потому на него защита и не отреагировала. Но Рамир? Или тут дело в том непонятно в чем, из-за чего и старый жрец при своей силе Видящего не мог увидеть Рамира?

Но вся лавина вопросов пока так при мне и осталась, Вернон со смехом продолжал:

— Так вот, Рамиру надо было пробраться в их хранилище, а мне пришлось отвлекать все внимание на себя…

— Тебя побили⁈ — с ужасом ахнула Ламина, чуть не выронив полупустой бокал.

— Да лучше бы побили, право слово! Меня приняли за одного знаменитого барда, которого как раз там ждали! И вся эта пьяная публика хором требовала, чтобы я исполнил балладу в честь Галахада Перьерукого! А я, во-первых, про этого Галахада и слышал-то впервые. А, во-вторых, если бы и слышал, то все равно бы не сочинил бы на ходу никаких баллад!

— И как ты выкрутился? — тут же спросила я, не удержавшись от улыбки.

— Заявил, что сейчас эту балладу поют исключительно на вернежском языке и что, мол, в таком исполнении она воистину берет за душу. Мой расчет на то и был, что такой сложный язык в этом притоне никто не знает. Так что никто не разберет, чего я им тут пою. Ну я и голосил тоскливо на вернежском все подряд слова, которые помнил, изредка вставляя особо жалостливое «Га-а-ла-ха-ад», — пропел он почти пискливо, Ламина тут же прыснула в кулачок.

А Вернон подытожил:

— Рамир еще с неделю потом меня этим доставал. Говорил, что мой «вой» был слышан даже на подходах к хранилищу, и из-за неконтролируемого хохота Рамир даже сосредоточиться на магическом замке не мог. Нет, мы, конечно, справились тогда. Но я надолго осип — это раз. Возненавидел баллады — это два. Поклялся пристукнуть этого несчастного Галахада, если он вообще существует — это три. Ну и четыре — отстриг волосы и тем самым лишился набившего оскомину образа бродячего барда.

— Тебе и с короткими волосами очень даже хорошо! — выпалила Ламина, смотря на своего стриженного героя сияющими глазами.

Я в очередной раз почувствовала себя третьей лишней. И надо было бы откланяться потихоньку, но я все же не удержалась:

— Вернон, а где Рамир пропадает?

— Ему надо путь проложить, — Вернон резко посерьезнел. — Рамир сказал, что планы меняются, мы не можем ждать утра, что-то надвигается. Так что отправимся сразу после полуночи.

— Так а буря? — разочарованно протянула Ламина.

— Рамир тем и занят, — Вернон кивнул в неопределенном направлении.

— То есть? — напряженно смотрела на него я.

А он ответил как само собою разумевшееся:

— Он утихомиривает бурю, Сати.

И тут же беззаботно добавил:

— Но ты не переживай, время еще есть, на празднике он успеет появиться.

Мой новый партнер по танцу был слегка расстроен ответами невпопад. И хотелось бы утешить, что это не он виноват в моем нежелании общаться, вполне же милый вежливый парень. Просто голова у меня занята совсем другими мыслями.

Какой могущественной должна быть магия, что способна утихомирить бурю в пустыне?