Книга Ее душа, страница 62 – Харли Лару

Я схватил девчонку и зажал ей рот рукой, заглушая яростный поток брани. Она дернулась, пытаясь вырваться, но через мгновение затихла.

Тоже почуяла опасность.

Приторно-кислый душок смерти разливался в воздухе. Рэйлин вздрогнула, сердце у нее бешено застучало. Сквозь открытую дверь мы видели, как кот на крыльце выгнул спину и с утробным рыком распушил хвост.

Дом заскрипел, словно сжимаясь в предчувствии. Шкряб, шкряб, шкряб. Рэйлин резко повернула голову на звук – что-то царапало стену дома, приближаясь к террасе с распахнутой дверью.

Туда, где сидел кот.

На руку мне упала мокрая капля. Слезы. Я убрал руку от ее рта и услышал сдавленный шепот:

— Чизкейк… кис-кис… иди сюда… пожалуйста, вернись в дом…

Лес застонал. Вонь стала острее. Храбрый маленький кот мотнул белым хвостом и завопил, будто был самым грозным хищником в округе.

Кошки всегда мне нравились. А то, что этот кот принадлежит Рэйлин, лишь укрепило мою решимость. Не хватало еще выслушивать ее истерики. Да и зверек, в конце концов, отважный – рискнул выйти против Эльдов, имея лишь крошечные когти и мелкие клыки.

— Рэй, сиди в доме, – прошептал я. – Что бы ни случилось, что бы ни услышала, не вздумай выходить.

Ее затрясло от страха: она поняла, что я ухожу. Захотелось обнять девчонку и взять с собой…

Но здесь ей безопаснее.

Раздался шорох, треснули ветки – и кота утащили с крыльца.

Чизкейк исчез – а вместе с ним пропал и Леон. Только что он держал меня – уверенно, крепко, властно, защищая от тьмы и чудовища, которое в ней таилось, заставляя волосы вставать дыбом, а желудок сжиматься в комок.

И вот в мгновение ока его не стало.

Дверь с грохотом захлопнулась. Я осталась одна. Ночь погрузилась в мертвую тишину, нарушаемую лишь моими прерывистыми всхлипами.

Только не Чизкейк. Только не мой милый пухлый котик. Нет. Нет-нет-нет!

Леон велел мне сидеть дома, но никакая опасность не удержит меня взаперти. Материнский инстинкт пересилил страх и здравый смысл. Я не буду стоять в стороне. Не брошу Чизкейка на растерзание этим тварям. Ни за что!

У двери стояла бейсбольная бита. Схватив ее, я выскочила наружу. Мысли путались, ярость и паника захлестывали с головой, адреналин зашкаливал, мир словно замедлился. Я боялась услышать душераздирающие вопли кота, однако ночь хранила ледяное молчание. Слезы холодными дорожками текли по щекам.

Держа биту наготове, я на цыпочках двинулась к деревьям возле крыльца, куда утащили Чизкейка. Леон разломил Эльду череп – значит, их можно убить. Если ударить посильнее, все получится.

Шаг вперед. Еще один. Третий.

Под подошвами хрустели сучья и хвоя. Двигаться скрытно не получалось – я была идеальной мишенью. Дальше двух метров двор растворялся в непроглядной тьме. Вонь смерти щипала нос и крутила желудок.

— Чизкейк? – прошептала я. – Кис-кис… иди сюда…

Голос дрожал. Страх накатывал. Казалось, я продираюсь сквозь кошмарный сон.

Хрясь.

Я резко повернулась влево. Там кто-то был! Пальцы судорожно сжали биту. Меня пробрало мелкой дрожью. Внезапно я почувствовала себя до ужаса слабой – как бы руки не подвели в решающий момент. Но выбора нет. Нужно действовать.

— Мяу?

Сердце чуть не выскочило из груди. Услышав неуверенное мяуканье Чизкейка – живого, не истерзанного, я бросилась на звук и тут же застыла, увидев возле дерева черный силуэт с котом на руках.