Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 95 – Ангелина Сантос

— Женщины не переехали по своей инициативе, — ответила я. — Их лишили доступа до доставки. Ваш внутренний образец позволял супругу удалить жену, принять ее решение через своего служащего и запустить срок без ее знания.

— Они могли сообщить новый адрес.

— Савину удалили вечером седьмого, документ передали дому девятого. Клару не пускали в дом две недели до решения. Лидия в день доставки находилась у роженицы и вернулась к смененному замку. Ни одной не вручили уведомление о необходимости нового адреса.

— Закон признает доставку совершеннолетнему члену дома.

— Если адресат продолжает там жить или сам выбрал адрес для корреспонденции. Здесь получатели находились под контролем противоположной стороны.

Я представила книги маршрутов. Первые курьеры в двух делах отметили отсутствие адресата. Желл позднее заменил даты на передачу управляющим. В остальных карточках использовал тот же образец без попытки найти женщину.

Нивард Желл присутствовал как свидетель. До полного допроса Карр разрешила два вопроса.

— Кто распорядился использовать семейный дом независимо от фактического проживания? — спросила я.

— Внутренний образец утвердил председатель Тален.

— Вам было известно, что женщины не допущены по адресу?

— В двух книгах стояли отметки курьеров. Я считал, что семейный служащий передаст документы.

— Проверяли передачу?

— Нет. Образец не требовал.

Этого хватило для вопроса о сроках. Суд не решал его вину.

Карр постановила: по пяти делам есть достаточный признак недействительного вручения, поэтому возражение об истечении срока рассматривается вместе с существом. До финального решения сроки не препятствуют общей жалобе.

Первый барьер был снят.

Дальше Тален потребовал исключить отчет Орвена. Он называл его личным черновиком человека, чья дочь ведет дело, и утверждал, что старый технический опыт не имеет отношения к конкретным пластинам.

Ада передала регистрационный журнал комиссии.

— Мы не предлагаем отчет как доказательство нынешнего заказчика или подделки Савины. Он подтверждает три ограниченных факта: двойной край был описан двенадцать лет назад, комиссия получила материал до обвинения Орвена и Тален имел служебный доступ к пакету. Это относится к давности известного дефекта и добросовестности Палаты.

— Подпись председателя стоит за пакет из шести документов. Он мог не читать каждый.

— Поэтому мы не утверждаем, что прочитал. Утверждаем, что учреждение получило и убрало материал без протокольного решения.

— Нынешняя поверенная заинтересована очистить имя отца.

— Заинтересованность раскрыта. Дату и движение документа подтверждает королевский архив, не ее воспоминание.

Карр допустила отчет в узких пределах. Присяжные коллегии не было; судья сама обязалась не использовать его для вывода о виновности Талена. Личные страницы тетради Орвена в основное доказательство не вошли, кроме указателя, по которому нашли зарегистрированный материал.

Второй барьер был снят без превращения отцовского отчета в готовый приговор.

Затем защита атаковала Локса.

— Мастер признал уничтожение документов, попытку вывезти направляющую и многолетнее получение денег, — сказал Тален. — Его показания куплены обещанием смягчения. Такой человек назовет кого угодно.

Харс передал полный текст соглашения. Никакой неприкосновенности. Лицензия решается отдельно. Смягчение возможно только за проверяемые сведения. Собственное признание используется при назначении наказания.