Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 68 – Ангелина Сантос

— Владелец «Северных складов» умер пять лет назад, — сказал Соль. — Фирма продолжила сдавать отчеты за его подписью. Налоговая служба принимала их через представителя. Имя представителя закрыто доверенностью, оригинал которой не приложен.

— Фарин Дорс, — сказала Клара. — Вот его подпись на моих старых счетах.

Она открыла книгу на сорок девятой странице. Соль сравнил подпись с тремя платежными поручениями фирмы. Наклон букв и длинная черта под фамилией совпадали, но ревизор не сделал вывода на глаз.

— Потребуется почерковед и оригиналы банковских распоряжений, — сказал он. — Ваши счета показывают, что Дорс действовал от имени фирмы раньше покупок. Это дает основание запросить доверенность и получателя переводов.

— Сколько времени? — спросила Ада.

— Два рабочих дня для заверенной банковской выписки. Предварительную цепь построю сегодня по внутреннему реестру, но в суд она пойдет только с печатями банка.

— Общая жалоба подается не позже семнадцатого дня.

— Сегодня четырнадцатый. Получите утром шестнадцатого, если банк не заявит тайну третьих лиц.

— Заявят? — спросила Клара.

— Скорее всего. Тогда я представлю требование Счетной палаты и закрою личные расходы, не связанные с фирмой. Это добавит несколько часов, не дней.

Соль попросил изложить, что именно мы ищем. Ада назвала узкую цель: установить, кто фактически управлял посредником, откуда поступали деньги за техническую работу Локса и кто получил выгоду от перепродажи имущества. Уголовную квалификацию она не просила.

— Хорошо, — сказал ревизор. — Слова «схема», «коррупция» и «семейная трагедия» оставьте для другого кабинета. Дайте номера счетов, даты и суммы.

Тесса разложила девять копирных листов Локса, три имущественные выписки и старые счета Клары. Имена закрытых сторон оставались под накладками. Для финансового запроса хватало кодов платежей.

Соль начал с «Северных складов». За четыре года фирма получила двенадцать крупных переводов от трех драконьих родов: Вейров, Хорнов и Керстов. В назначении стояло «правовое сопровождение семейных обязательств». В течение двух дней после шести переводов Локс получал оплату за ОР-312. Еще часть денег уходила на покупку спорных объектов.

— Род Вейр платил посреднику, — сказала я.

Ранар сидел в соседней комнате как лицо, предоставившее семейный список. Из-за ограничений комиссии наше профессиональное общение шло через Аду. Она пригласила его только после того, как Соль назвал счет.

— Кто утверждал платежи? — спросил ревизор.

Ранар передал заверенную выписку, полученную по судебному требованию.

— Два утверждала Адела Вейр, один Торвальд. Моя подпись стоит на месячном своде расходов архива, но конкретные получатели в нем не перечислены.

— Вы имели доступ к расшифровке?

— До шестого дня — по запросу к счетной службе. После ограничения доступа — только через суд. Раньше не запрашивал, поскольку сумма укладывалась в утвержденный советом предел сопровождения.

— Кто предложил фирму?

— Адела. В протоколе совета записано, что посредник рекомендован Брачной палатой.

— Кем именно?

— Председателем Таленом в письме о списке доверенных подрядчиков.

Ранар передал письмо с исходящим номером Палаты. Тален рекомендовал «Северные склады» как расчетного посредника для провинциальных мастеров. Объяснение выглядело законным: фирма принимала платеж в Астене и рассчитывалась с ремесленниками в других городах. Незаконным его делало не существование посредника, а то, куда уходила разница.