Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 23 – Ангелина Сантос

— У Савины и Клары одинаковое вручение, одинаковая фраза, спор из-за личного имущества и один председатель.

— У них разные роды, разные годы, разные печати и разные последствия. Пока у нас один повторяющийся вывод и возможная схема вручения.

— А «Северные склады»?

— Проверим владельцев и платежи.

— Вы думаете, Тален получал долю?

— Думаю, имущество Клары купила фирма с умершим владельцем. Все остальное требует выписок.

Тесса села за свой стол.

— Иногда с вами очень трудно радоваться находке.

— Находка должна выдержать утро после радости.

Мы подали запрос в Брачную палату через окно для представителей сторон. Согласие Клары давало право получить техническое приложение, карточку вручения и список лиц, знакомившихся с делом. Служащая приняла документы и выдала номер очереди на следующий день.

— Почему не сегодня? — спросила я.

— Коробка в нижнем хранилище.

— В открытом указателе нет отметки о передаче вниз.

— Значит, указатель не обновили.

— Когда коробку переместили?

Служащая постучала ногтем по краю стойки.

— Я принимаю запросы, а не веду хранилище.

— Тогда позовите того, кто ведет.

Через десять минут пришел старший архивист. Он подтвердил, что закрытые дела старше двух лет переводили в нижний ряд перед плановым уничтожением технических копий. Само решение хранилось постоянно, но приложения, которые Палата считала промежуточными, могли уничтожаться через три года.

— Срок по делу Клары истекает когда? — спросила я.

— В конце текущего месяца.

— Значит, еще через двадцать один день.

— По общему графику — да.

— Прошу выдать копию завтра и поставить отметку о запрете уничтожения до исполнения запроса.

— Для запрета нужно распоряжение председателя или суда.

— Сторона уже запросила документ. Уничтожение после получения запроса нарушит ее право на доступ.

— Я могу отметить наличие обращения. Остановить график не уполномочен.

Он поставил красный знак в карточке. Я попросила копию страницы, получила ее и вышла вместе с Тессой.

На улице она спросила:

— Подаем срочное ходатайство?

— Да. Сначала проверим соседние номера.

В открытом зале Высокого суда стояли каталоги решений всех палат. По номеру дела Клары мы нашли ссылку на техническое приложение: БП-4187-Т. Рядом значились другие номера той же серии. Часть относилась к обычным проверкам, часть — к брачным спорам. Девять коробок попадали в период работы Талена и имели одинаковый индекс «Т», но это могла быть просто пометка типа приложения.

Прежде чем делать копии, я попросила книгу расшифровки индексов. Дежурный архивист принес ее из служебной комнаты и остался рядом: справочник не выдавали на стол без наблюдения. Буква «Т» обозначала не техническое приложение, как предположила Тесса, а особый порядок хранения по распоряжению председателя. Такие материалы можно было перемещать между Палатой и внешним экспертом без изменения основного номера, но каждый перенос требовал отдельной карточки.

— Карточки доступны по запросу стороны? — спросила я.

— Только по своему делу.

— Суд может получить список перемещений по диапазону?

— Если укажет конкретные номера.

Значит, закрытый перечень предназначался для девяти точных карточек. О широком поиске речь не шла. Я выписала основание каждого дела, не копируя имена: развод, спор о приданом, спор о содержании, два наследственных соглашения и четыре проверки печатей. Наличие наследственных документов ослабляло красивую версию о единой схеме. Зато три брачных решения вынес Тален, и во всех трех технические материалы хранились по его личному распоряжению.