Книга Поверенная изгнанных жен. Дракон, увидимся в суде!, страница 18 – Ангелина Сантос

— Условия?

— Сто восемьдесят градусов, четыре удара, полоса две нити.

— Начинайте.

Ранар вдохнул и выпустил тонкую ровную струю пламени. Она была почти бесцветной у края и не шире карандашной линии. Температурные иглы поднялись до заданной отметки. Мерс отсчитал четыре удара и дал знак остановиться.

Ранар отвернулся, сделал два обычных вдоха и только потом посмотрел на пластину.

Под светлым участком второй линии проступил темный след. Он начинался одновременно с линией отсутствия Савины и продолжался до отметки, соответствующей восстановлению доступа. По условиям клятвы это означало, что один супруг препятствовал другому входить в дом.

— Кто является обязанным по второй линии? — спросила я Шейна.

— Оба супруга.

— Можно определить, чья сторона активирована?

— По направлению насечки. Здесь сторона Торвальда Вейра.

В зале никто не заговорил. Секретарь записал ответ. Савина закрыла глаза на секунду, затем снова посмотрела на пластину.

— След был виден при осмотре Палаты? — спросила я.

Шейн изучил старое изображение.

— На снимке есть затемнение, но слабее. Я счел его отражением от рамки.

— Вы проверили другим углом?

— Нет. Запрос касался линии госпожи Савины.

— Кто сформулировал запрос?

— Председатель Тален утвердил вопросы стороны.

Поверенный Палаты поднялся:

— Эксперт не обязан отвечать о внутреннем распределении работы без документов.

— Он уже назвал документ, — сказала судья. — Суд истребует его отдельно.

Первый след успели измерить и снять на светочувствительную пластинку. Через семь минут он побледнел, но двойной край остался различим под солью.

Второй нагрев должен был показать, является ли воздействие одинаковым на первой и второй линиях. Ранар попросил пять минут отдыха. Он сел на табурет у стены, выпил воду и держал правую руку на колене, пока дрожь не уменьшилась.

Я не подходила. Забота, которой никто не просил во время судебного действия, легко превращалась в помеху и публичную слабость. Мерс проверил его пульс по правилам допуска и спросил, готов ли он продолжить.

— Да.

На первой линии нижний слой не содержал нового события. Повторный нагрев прошел вдоль уже существующего потемнения и сделал его однороднее. На второй линии мастер работал иначе: осветлил встречное нарушение, оставив видимым только отсутствие Савины. Одинаковый инструмент, разные цели.

Ранар отступил от стола. На этот раз ему пришлось опереться ладонью о стену. Чешуйки у воротника исчезли не сразу, дыхание оставалось хриплым.

— Хранитель Вейр, вы можете дать заключение? — спросила судья.

Он выпрямился.

— Могу сообщить наблюдение. Обе линии подвергались повторному узкому нагреву после первичной активации. На первой рисунок усилен. На второй скрыта часть встречного следа. Определить заказчика по металлу невозможно.

— Согласны с этим? — спросила Карр Шейна.

Тот смотрел на новые изображения.

— С технической частью согласен. Правовую оценку не даю.

— Архив признает прежнее заключение Палаты полным? — спросила я Ранара.

Поверенный Палаты возразил, но судья разрешила вопрос в пределах его должности.

Ранар ответил без паузы:

— Нет. Оно учитывает верхний след первой линии и не учитывает нижний след второй. Для оценки состояния пластины заключение неполно.

Торвальд встал.

— Ты обвиняешь меня на основании царапины?