Книга Королева Мэлли, страница 28 – Тереза Нильская

Мы со всеми прочими псарями, соответственно, вернулись к своим собакам. Нам надо было готовить их к охоте.

— Охота через день, - напутствовал нас Дорн, - собаки должны быть готовы, гончих утром не кормить, чтобы злее были. Борзым всем шерсть начесать.

— Зачем? - простодушно спросил Дик.

— Дамочки больно любят красивых борзых. Они на кабанов не пойдут, зайцев будут гонять.

— А тебе тогда, Мэл, заниматься этими … самыми… как ты эти бумажки называешь… Ну, которые ты сказала, что специально надо закупить…

— Родословными для щенков, - подсказала ему я.

— Ага, вот этими самыми … и занимайся.

….

Вечером мы наблюдали из своих домиков праздничные салюты возле замка. Королевский двор веселился вовсю, а позднее, судя по доносящейся музыке, начался бал. Громкие звуки танцевальных мелодий наполняли воздух.

Мне было невероятно грустно. Очень хотелось танцевать. Я всегда любила танцы и в юности много занималась ими, поэтому просто слушать музыку и оставаться равнодушной было невозможно.

Лёжа в постели, я уже мысленно кружилась по залу. Ноги сами перебирали знакомые движения, ладонь ощущала уверенное прикосновение партнёра, и казалось, что я лечу, ведомая его сильной рукой. В воображении он взмахивал своей львиной гривой…

Очнулась от наваждения. Боже, о чем я только думаю!

…

Родословные - это была моя идея здесь, понравившиеся Дорну. Он передал эту идею хозяину замка, разумеется, как свою. Нам дали добро, и мы с Дорном придумали текст родословной.

Надо было отразить данные о породе, окрасе, поле, дате рождения и родителях каждого щенка. И у тех тоже надо было прописать такие же данные, если они были известны, и достижения каждого родителя. А если были сведения о предках этих собак, то их тоже надо было назвать. Про достижения годилось все, вплоть до количества пойманной дичи.

Здесь невероятно пригодились старые тетрадки Фила, а он ранее, оказывается, старательно записывал количество пойманных собаками зайцев и птиц, а также особо отличившихся собак. А талант охотничьей собаки точно, по его глубокому убеждению, передаётся потомкам.

Для родословной ещё пригодились таблички на клетках и загонах. Там были старые записи о родителях каждой собаки, датах рождения.

Все это надо было красиво написать каллиграфическим почерком на блестящих листах, которые мы закупили во время последней поездки с Дорном. Такие листы обычно использовались для завещаний и бракосочетания, но мы попросили поставить на них иное название.

А ещё в качестве заводчика мы указали хозяина замка. Ну, а кого-то же ещё! И щенки у нас, оказывается, становились королевского завода.

Арчи

Чувствую, что лежу не в лесу, а на простынях, в своей комнате. Но я не помню, как оказался в замке.

Последние воспоминания, как картинки, меняющиеся на рыночном калейдоскопе … Продаются такие детские ещё игрушки.

Вот несусь на Сером за здоровым кабаном, радуясь сердцем охотника, что попался настоящий, матёрый секач. Охотники и гончие повернули за группой кабанов, я один увязался за этим диким вепрем.

Вот словно из ниоткуда возникает стена из здоровенных поваленных стволов деревьев. Секач с хрюканьем и рыком резко тормозит. И Серый, чтобы не наткнуться, ни на бревна, ни на кабана, взвивается над этой стеной.