Книга Утонувшая в песках времени, страница 95 – Аисс Виал

— До полуночи осталось чуть меньше часа, — попытался отшутиться Сэм.

— У-у, — упорствовал Эдвардс-младший.

— Тогда заезжай внутрь усадьбы. Потом подбросишь меня ко мне в берлогу. Убедишься, что я уже остыл.

— Надеюсь, не в прямом смысле! — продолжал острить Фрэнк.

— Я не в состоянии отвечать, не пользуйся этим, — замычал от боли в ноге Сэм. Он готовился к выходу из машины.

— Погоди, помогу.

— Ты нести меня собрался!? Как кисейную барышню?! Я справлюсь.

— Валяй, — уступил Фрэнк.

Как только входная дверь коттеджа пропустила гостей внутрь, парни услышали возглас Равенны:

— Сэмюель! Что с тобой произошло?! Твоё лицо, состояние! — она спохватилась и, взяв его под локоть с другой стороны, добавила. — Сюда его, на диван.

Фрэнк с порога готовился поприветствовать хозяйку и понял, что ей не до знакомств. Тогда он, помогая усаживать Декера, решил разрядить обстановку — шуточным тоном обронил, словно его спросили:

— Фрэнк Эдвардс, очень приятно!

— Эдвардс?! Как же так сталось? Объясните мне! Пожалуйста, — переменила вдруг требование на милость шотландка.

— Да я думаю, Сэм сам в состоянии это сделать, лучше, чем я! А я бы хотел, наконец оставить его в хороших руках, до утра! Мы могли бы договориться об этом, горянка? — подмигнул Фрэнк Равенне.

— Предатель, — пробурчал Сэм.

— Уже уходите?… — растерялась Гордон, завидя, что гость так скоро их оставляет.

— Утром я приеду за ним, будьте покойны. Декер, томограмма! Не забудь!

Негромкий хлопок закрывшейся за Фрэнком двери эхом завис в последовавшей затем тишине. Каждый боялся спугнуть её. Равенна первой оторвала взгляд от входной двери, медленно взяла пульт от ворот, чтобы не забыть через пару минут закрыть их на ночь.

— Что такое томограмма?

— «Скан головы». Проверка все ли извилины на месте. Но я и так чувствую, что на месте, может чуток встряхнулись, — отшутился Сэмюель. — Прости, ответить не мог… Заменял грушу на ринге.

— Заменял что? Грушу?! На каком рин-ге?! Тебя нужно показать врачу, Сэмюель!

— Тише-тише! Всё в порядке, я шучу Равенна, хоть мне это и нелегко. Воды хочется, страшно. Подашь?!

— Конечно, подам, — Равенна поспешила за стаканом воды в кухню. Вернулась пулей. — Мне тяжело, Сэмюель… — стала внезапно жаловаться шотландка, присев рядышком, на диван. — Я чувствую себя глупо. Ничего не понимаю! Томограммы, груши, ринги… Ваши шутки! — она вдруг разревелась, как ребёнок, закрыв лицо руками. — Твое неожиданное появление в синяках, ссадинах и увечьях. Впервые ты не ответил на мой звонок!

— Тш-ш-ш-ш! Равенна! Тебе ли свойственно, показывать свою слабость?! Горяночка, — Сэм, кривясь от боли в мышцах, всё же по-братски обнял её за содрогающиеся плечи, он и не предполагал, что дело совсем не в Лионеле, а в его позднем появлении и «необычном» состоянии. — ОН обидел тебя?

— Кто? — недоуменно спросила Гордон.

— Лемминг.

— При чём здесь Лионель? Я о себе говорю! Я не должна была появляться в вашем времени! Мне не стать одной из ваших современниц! Мне никогда не научиться тому, что умеете вы! Не постигнуть столько, сколько известно вам! Я навсегда останусь невежественной, невзрачной горянкой! — не переставая надрывно всхлипывать, в забытьи Равенна припала к груди Сэмюеля.

Сэм, успокаивая, гладил её по волосам.

— Это моя вина! Я возомнил, глупец, что смогу сделать всё, чтобы ты никогда не испытала трудностей и разочарований в своём теперешнем положении! Еще сегодня я был уверен, что ты нашла в моём времени ТО, что сделает тебя счастливой…