Книга Любимый сводный брат, страница 5 – Рина Максимова

Макс усмехается и возвращается к готовке, когда в нос ударяет великолепный запах еды. Это похоже на оладушки, и я, поддаваясь своим инстинктам голодного человека, подхожу ближе. И таки да, это именно они — оладушки.

Макс снимает сковороду с плиты и пересыпает оладьи на тарелку. У меня буквально текут слюни от их вида и урчит живот.

— Голодна? — Макс улыбается какой то слишком приторной улыбкой и не сводит с меня глаз, пока ставит оладьи на кухонный островок прям перед моим лицом, и возвращается к холодильнику, что бы достать пару фруктовых сиропов. И пока он шарит по полкам холодильника, мышцы на его спине перекатываются, четко выделяясь под кожей, которою кажется, ни коснулся ни один изъян.

Я проглатываю слюну, и взяв себя в руки, прохожу мимо него к раковине, чтобы налить себе стакан воды. Нечего наслаждаться видами красивого тела, обладатель которого полный придурок. И главное, я продолжаю игнорировать его.

Но как только я собираюсь поднести стакан к губам, его вырывают из моих рук, и немного воды проливается мне на подбородок, и стекает вниз по шее.

Внутри меня вспыхивает злость, и я бросаю на Макса взгляд, метающий молнии, ожидая объяснений.

— Прости, и не только за это. — произносит он совершенно искренне, что очень меня удивляет. — Ты не наешься стаканом воды, поэтому садись и поешь со мной. — он отставляет стакан в раковину и пытается взять меня за руку, но я изворачиваюсь.

— Не твоя проблема… — шиплю я, и собираюсь уйти, но Макс преграждает мне путь своим высоким мощным телом. Полуголым высоким мощным телом!

— Правда, извини меня за вчерашнее. Думаю, пора нам поднять белые флаги. — его выражение лица такое невинное, будто совсем не он меня вчера бросил одну в клубе. Но мне кажется, что он говорит вполне серьезно, поэтому я собираюсь выслушать его.

Я выжидающе смотрю на Макса, и кажется, что он нервничает, пропуская пальцы сквозь свои густые волосы. Да ладно? Ему что, не все равно?

— Мне правда жаль. Когда я вчера увидел тебя такую уставшую, то осознал свою ошибку. А это… — он указывает на оладушки с сиропом. — завтрак — извинение. Разреши мне загладить свою вину, я постараюсь быть более… уступчивым.

Меня настолько поражает подобное поведение, что это буквально выбивает всю злость с меня, и мне хочется его простить.

Я смотрю на него прищурив глаза, и пытаюсь найти хоть какой-то подвох в его поступке. Но не нахожу его, поэтому, хоть и с опаской, но соглашаюсь с ним позавтракать.

— Чай или кофе? — спрашивает Макс, пока я накалываю на вилку оладушек и подношу его ко рту.

— Зеленый чай с одной ложкой сахара.

Он кивает и принимается за приготовление чая, а я откусываю кусочек оладушка, и прикрываю глаза от удовольствия. Тесто буквально тает во рту, и я позволяю себе насладиться этим моментом.

Открываю глаза и встречаюсь с напряженным взглядом Макса. Он медленно ставит передо мной чашку с чаем, не отрываясь от моего лица.

— Спасибо. — выдавливаю я, и подтягиваю чашку к себе поближе.

Я не вижу Макса на следующее утро, потому что мы с мамой уходим по магазинам. Генадьевич помогает нам в этом по поручению Мирослава.

Мы заходим в очередной магазин, и мама так спокойно реагирует на эти огромные цены, будто всю жизнь покупала именно такие дорогие вещи. Для меня же это все жутко непривычно, потому что одна кофта в этих магазинах стоит столько денег, на которые раньше я покупала джинсы, обувь и сумку.