Книга Любовь по контракту. Счастье на осколках, страница 33 – Тиана Соланж

— Алехандро, зачем мы туда идем? — в панике спросила я, едва поспевая быстрым шагом за ним. Дыхание сбилось, а нос еще был заложен от слез, и я начала задыхаться. — Если ты летишь домой, то зачем тебе мы? Отпусти нас, мы просто вернемся к себе...

— Куда к себе? — резко спросил он, останавливаясь и всматриваясь мне в лицо. Взгляд его бы колючим и цепким, от чего я невольно съежилась, понимая, что наш разговор в машине не окончен, а лишь прерван на время. Только вот... что ему ответить, я не знала, а потому... — Так куда, Каролина? В крохотную каморку, где ребенку и вздохнуть нечем? Что у тебя есть? Что ты можешь дать ей? — а вот это был удар ниже пояса. — Я не собираюсь выяснять с тобой отношения на глазах кучи людей, — резко проговорил Алехандро, отпуская меня, и я невольно пошатнулась. — Только у Доротеи есть дом, в котором вырос ее отец, а потому она вправе жить там. Там ее родина!

— Ее отец? Тот, который отказался от нее задолго до рождения? — ядовито спросила я не в силах сдержать злости. Да как он смеет?! Он, который даже не пожелав выслушать меня, просто выставил из дома! Он, решивший, что ребенок на его руках не от него? И этим еще меня попрекает?! — Или, может, ее там ждет «любящая» бабушка, которая строила против меня козни? Ты не имеешь права увозить моего ребенка, Алехандро! У Доротеи нет отца, понял? В графе ее свидетельства о рождении стоит прочерк, — не без злорадства я смотрела, как бледнеет под загаром кожа на скулах мужчины, как превращаются в куски льда прежде теплые карие глаза.

Конечно, я соврала. Нет, в свидетельстве Теи все было как надо, только показывать его я никому не собиралась.

— Я еще раз повторяю, что не собираюсь чинить разборки здесь, — отчеканил Алехандро, снова разворачиваясь и утягивая меня следом за собой. — Если не собираешься лететь с дочерью, так и скажи! Но в ближайшее время я намереваюсь подать в суд, как уже говорил. И делать я это буду у себя на родине... Доротея должна получить то, что ты отняла у нее с рождения, — жестко проговорил мужчина.

Я, оглушенная его словами, плелась за ним следом, не в силах найти достойных аргументов, чтобы возразить. Ну, почему? Почему рядом с ним я становлюсь безмолвной тенью себя? Почему не могу в резкой форме возразить ему, что нам с дочерью ничего от него не нужно?

— Добрый день. Рады приветствовать вас, — дежурно улыбнулась миловидная блондинка у стойки регистрации. — Прошу, ваши документы? — перед ней на стол легли два паспорта и бледно-зеленый бланк свидетельства о рождении Теи. Но... откуда?

Я лишь заторможено смотрела на знакомую синюю обложку. Такой у меня был до того, как я... кажется, тогда паспорт остался в той самой квартире вместе с моими вещами? Откуда он у Алехандро? Странно, что сеньора Леонорра не выбросила его...

— Откуда он у тебя? — сиплым от волнения голосом спросила я, продолжая сверлить взглядом поверхность стойки. — Его не было... тогда со мной... у меня другой...

— Ты же не думаешь, что я покажу ту... фальшивку, с которой ты жила в последнее время? — прошипел он мне на ухо, а я... я даже не нашла слов, чтобы возразить или оправдаться. — Ты оставила его в особняке, — я скорее почувствовала, чем увидела его удивленный взгляд на своем напряженном лице. — Я тоже удивился, когда горничная принесла его мне. Тогда я думал, что..., — он осекся, и мне даже не пришлось оборачиваться, чтобы посмотреть ему в лицо. Кажется, до него спустя такое продолжительное время наконец дошло, что я никак не могла воспользоваться ни его билетом, которого не было, ни...