Книга Любовь генерального, страница 80 – Асти Брамс

Я смущенно кивнула, продолжая удерживать в руках пушистый, тяжелый, комок. Машка была ощутимо напряжена, продолжала мяукать и настороженно озираться в незнакомой обстановке.

— Твою мать, у меня уже нос закладывает! – вдруг услышала недовольный возглас.

Зажав ноздри ребром ладони, сын Радова недовольно зашагал на выход, бросив в сторону кошки максимально неприязненный взгляд. Обиженно проводив его глазами, я показала язык, как только за парнем хлопнула дверь.

— Ничего… тебя никто здесь не обидит! – твердо пообещала Машке, вновь направившись к лестнице. – Идём.

Я поднялась в свою комнату, отметив возле стены целую кучу упакованных вещей. И большая часть из них, судя по пакетам, была привезена из магазина, а не из моей квартиры.

В любом случае это последнее, что меня сейчас волновало. Первым делом я отпустила Машку освоиться в комнате. Затем покормила, напоила беднягу и какое-то время оставалась возле кресла на ножках, которое кошка выбрала себе в качестве лежанки и где устроилась после сытного ужина.

Поглаживая ее мягкую шерстку, я ощущала, как наполняюсь внутри целительным покоем. Хоть что-то даст мне опору в этом месте… Хоть какая-то радость серди хаоса, который произошел со мной за последние сутки.

Часы показывали начало десятого, когда я улеглась в постель после душу, предварительно отыскав в коробках свою привычную ночнушку. Хотя я проспала весь день, силы все равно как будто были на исходе. Возможно, мне стоило поесть, но выходить из комнаты совсем не хотелось. Тем более под вечер.

Кошка оперативно покинула кресло и пристроилась на подушке возле моей головы. Я была вовсе не против поспать вместе. Под ее мурлыканье закрыла глаза и быстро провалилась в сон. Однако мой покой очень быстро прервали…

Я не услышала, как кто-то вошёл в комнату – проснулась лишь когда раздалось недовольное мычание Маши. Нехотя распахнула веки и замерла, увидев Рому… Он сидел на кровати прямо рядом со мной.

Сердце гулко забилось о грудную клетку. В свете настольной лампы, черты мужского лица казались особенно искаженными и чужими из-за шрама. Кроме того, то, что я проснулась Радова ничуть не смутило. Он продолжал спокойно держать свою большую горячую ладонь на моем животе и будто вслушивался в пространство, с едва заметной улыбкой.

— Ч-то ты делаешь?.. – сипло выдохнула я, приподнявшись на локтях.

Сделала попытку сесть и сместиться от него подальше, но не вышло. Я сразу уперлась в изголовье.

— Пришел проведать нашу дочь, – хрипло отозвался Рома.

— Но… я сплю!

— А она – нет, – понизив тон, сообщил он. И будто в подтверждении, я ощутила толчок прямо в том месте, где лежала его рука. – Полагаю, потому что хочет есть. За весь день ты так ничего и не съела.

Шумно и резко выдохнув, я притянула одеяло на свой живот, вынуждая мужчину убрать руку.

— Послушай… Я смирилась с тем, что мне придется жить в этом доме, – взволнованно выпалила. – Но надеялась, что у меня хотя бы будет личное пространство!

Не сводя с меня хмурого взгляда, Роман сдержанно озвучил:

— Мне жаль, но пока я не знаю способов общаться со своей дочерью, не нарушая твоего личного пространства.

— Ты с ней вдоволь пообщаешься, когда она родится! А сейчас, будь добр…

— Я пропустил семь месяцев, – бесцеремонно перебил он. – Так что больше ни секунды не упущу, Надя.