Онлайн книга «Измена. Верну тебя, жена»
|
Но ее незримое присутствие навсегда осталось между нами с Аней. Оно не просто разрушило нашу семью, но и оборвало все мои попытки хоть как-то вернуть жену. Быть приходящим папой для меня самая настоящая пытка. Макс обнимает меня, рассказывает про школу, про футбол, про новые мамины духи, которые «пахнут, как конфеты». Я улыбаюсь, но внутри всё разрывается от досады. Я не могу зайти в дом без приглашения, не могу обнять ее и спросить: «Как ты, Ань?» Каждый раз, возвращая сына домой, я словно ставлю свою жизнь на паузу. До следующей нашей встречи все во мне замирает. Мир теряет свои краски. Моя жизнь теперь состоит исключительно из работы, Макса и Ани... Я приезжаю к её дому чаще, чем нужно. Сижу в машине, наблюдаю за ней издалека. Она, конечно, не видит меня. А я как одержимый сижу и впитываю ее образ. Она изменилась. Стала более холодной, отстраненной. Куда-то исчезла ее былая мягкость и робость… Я очень горжусь ею. Её новый аромат везде. В рекламе, в витринах, в разговорах сотрудниц. Она, пережив такой сложный период в своей жизни, взлетела только выше, достигла своей мечты. А я даже поздравить ее с этим не могу нормально. Отпраздновать вместе столь важное событие в ее жизнь, как мы это делали раньше, когда у кого-то из нас что-то получалось. Самое сложное — это бороться с самим собой. Держать себя в руках и не сорваться к ней… Ночами я лежу, глядя в потолок, и думаю: если бы я не сказал тех слов, если бы не очаровался Катей… Но прошлого не воротишь. Телефон звонит, когда я уже разворачиваюсь и еду домой. Аня. Её имя на экране, как удар грома. Я беру трубку. — Артём, — голос у нее надломлен от волнения, — мне нужна твоя помощь. С документами… что-то не так. Можешь приехать? Не верю своим ушам. Она явно взволнованна. Но в груди теплеет. Аня обратилась ко мне за помощью. После всего, что между нами произошло. Это глупо, но радость переполняет меня. — Хорошо. Буду через час, — стараюсь не выдавать свои эмоции и того, что был рядом. Макс уже спит. Аня раскладывает передо мной бумаги. Её руки дрожат, глаза блестят от слёз. Я сажусь, беру документы. Сначала всё нормально: договор, суммы, подписи. Но дальше — хуже. Челюсть сжимается. Суммы растут. Подписи не её. Я знаю её почерк, как она выводит букву «Г». Отчёты пестрят корректировками, безосновательными. Это мошенничество чистой воды. Подстава. Ярость вскипает. Кто-то посмел тронуть мою женщину. Смотрю на неё бледную, растерянную, и хочу разнести все вокруг. Хочу обнять её, сказать, что защищу, что не дам никому её сломать. Но в дверь стучат. Кого еще принесло в такой час?! — Как… как это всё возможно? — шепчет испуганно Анютка. — Я же проверяла… Юрист сказал, всё чисто… — Твой юрист? — я хмурюсь. — Он это видел? Она кивает, её взгляд мечется по столу, по бумагам, как будто там прячется ответ. — Он сказал, это нормально. Что суммы растут из-за бизнеса… Я сжимаю кулаки. Юрист. Ещё одна ниточка, которую надо проверить. Если он в деле, я ему шею сверну. Но сейчас не время. Надо понять, кто и как причастен к этому. Стук в дверь повторяется. Более громкий, требовательный, как удары молота. Мы замираем. Аня вздыхает, её глаза полны ужаса. Я встаю, инстинкт берёт верх. — Не открывай, — умоляет она. — Громова Анна Сергеевна! Откройте дверь! Полиция! — голос за дверью мужской, резкий, официальный. |