Книга После развода. Лучше одной, страница 108 – Яна Мосар

И весь этот красивый спокойный семейный вечер пойдет по известному месту.

А у меня ещё планы.

Оба вроде уснули, но расслабляться рано. Сын может в любой момент открыть один глаз и потребовать воду, машинку, маму или срочно показать, где у трактора фары.

Дочь, если проснется, сразу начнет возмущаться и требовать маму с молоком, будто мы ее не в кровать несем, а в ссылку.

Раньше у меня вечера были проще.

Ресторан.

Документы.

Тишина.

Максимум женщина рядом, которая или на ночь, или до утра, или пока не надоест.

Тоже, в общем, неплохо.

Но если честно - это уже не катит.

Тогда мне казалось, что я живу правильно. Дело есть. Деньги есть. Квартира есть. Свобода есть. Никто мозг не ест. Никто игрушкой в лоб не целится. Никто ночью не кричит из кроватки. Никто не требует включить мультик про трактор в шесть утра в субботу.

А сейчас в доме вечный движ, на кухне то детская каша, то мои кастрюли, то Яра со своими списками, то няня, то курьер, то Самира с племянницей, и каким-то чудом именно сейчас я впервые живу не “удобно”, а по-настоящему.

Слышу шаги.

Легкие. Домашние. Свои.

Потом теплые губы касаются меня в губы коротко, сонно, будто я и не муж, а привычка, без которой вечер не складывается.

— Марат, - шепчет Яра. - Все уснули. Давай их в кровать.

Вот от этого “давай” у меня внутри до сих пор что-то правильно щелкает.

Открываю глаза.

Темно уже. Только телевизор мигает цветными лунтиками.

Сын реально вырубился, рот приоткрыт, ресницы на щеках. Дочка сопит, щекой в мою руку вжалась. Яра стоит передо мной в мягкой домашней кофте, волосы кое-как собраны, на лице усталость, нежность и то самое выражение женщины, которая за день сто раз всех собрала, уложила, накормила, проверила и все равно умудрилась остаться красивой.

Подмигиваю ей.

— Яр, смотри и учись.

Она закатывает глаза.

— Господи, какой ты хвастун. Только не разбуди никого.

— Не учи ученого.

Поднимаюсь с кресла медленно, аккуратно.

Каждого несу на своей руке. Только сильнее прижимаю к груди.

Оба уже тяжелые. Кулечки мои.

Яра идет рядом на цыпочках, поправляет дочке сползший носок.

Заносим их в детскую. Там полумрак от ночника, разбросанные кубики, книжка с медведем на полу и маленькая семейная катастрофа в каждом углу.

Да и плевать.

Укладываю сначала сына. Он ворчит во сне, переворачивается на бок и тут же находит рукой своего динозавра.

Яра укладывает дочь.

Выходим.

Закрываем тихо дверь.

И вот только тогда можно наконец выдохнуть.

Раньше бы я ух….

Теперь выключаю телевизор. Свет. Создаю тишину. Усаживаюсь на диван.

— Иди ко мне, - тяну ее к себе на колени.

Она привычно упирается ладонями мне в грудь, но уже не чтобы оттолкнуть. Просто так. Для формы. Для порядка. Моя бухгалтерша до сих пор любит делать вид, будто все под контролем именно у нее.

— Сегодня вспомнил, как жил тут один.

Яра тихо усмехается, утыкаясь лбом в мой.

— Ты раньше говорил, что один жил прекрасно.

— Врал.

— Да ладно?

— Ну хорошо. Не врал. Просто не знал, что может быть лучше.

И это тоже правда.

Один я жил удобно. Хорошо. Богато. Свободно.

Только, как выяснилось, без смысла.

Ресторан у меня был, да. И не один. Только шел я тогда в него без азарта.

Есть и есть. Работает и работает. Деньги капают - прекрасно.

Пожар потушил, дыру закрыл, новый повар пришел, старый ушел. Все на автомате.