Онлайн книга «Запретный плод»
|
— А ты вспомни Сережку! — Какого Сережку? — Матвеева. Забыла, чем для него кончился роман его отца? — Не забыла. Сережку хоронили всем классом. Ревели так, что все Чертаново слышало и содрогалось. В свои шестнадцать он мог бы с головой уйти в собственную любовную историю, а Сережа обезумел от того, что отец предал их, кстати, чуть ли не с ровесницей сына, ушел из семьи. Матери пришлось устраиваться еще на полставки – и чтобы прокормиться, и чтобы унять работой тоску. Она поздно возвращалась домой. Оказалось, слишком поздно – Сережа порезал вены и истек кровью еще до ее прихода. И даже не сразу заглянула в ванную, пренебрегла золотым правилом, которое, как все родители, вдалбливала сыну: «Руки мой перед едой, руки мой, когда приходишь ты домой». — Макс действительно уехал из Кемерова не из-за меня. – Ольга постаралась унять нервозность. – Я не спрашивала – почему. Значит, не заладилось что-то. Но мы в то время даже не были знакомы, так что ты обстреливала меня вхолостую. У нее заныло в груди: «Зачем я оправдываюсь? Его оправдываю. Он ведь обманул меня… Хотя, с другой стороны, если там для него все было кончено, не обязательно и сообщать сразу. Если разобраться, и сейчас-то мы знакомы всего несколько дней. А я тоскую по нему так, будто всеми корнями вросла, отдалилась – и больно!» — Ну ладно, допустим, – приняла Людмила. – Но вернуться он не может именно из-за тебя. — А ты спроси его: хочет ли он возвращаться? Почему ты вообще вмешиваешься? Ему не двенадцать лет и даже не восемнадцать. Что ты его все нянчишь? — Ты своего зато сбагрила парижанке и живешь в свое удовольствие! — Чего и тебе желаю. Почему бы тебе тоже не пожить, наконец, в свое удовольствие? Ты вырастила классного парня, выполнила долг и перед ним, и перед Богом. Ну и расслабься! Если б он хотел, чтобы ты продолжала возиться с ним, так он и жил бы с тобой, а не в Переделкино. В какой-то момент Ольга ощутила, что этот спор может тянуться бесконечно, он неразрешим в принципе. Каждая будет держаться своей правды до последнего. Она попыталась поставить себя на место Людмилы: нет, не выходит. Ольге всегда было, по сути дела, все равно, кого любит ее сын, лишь бы Пашка был счастлив. Решит он уйти от Софи – его дело. Какое ей дело до Софи? Хорошая девочка, но раз ему другая по сердцу… А был бы у них ребенок, Ольга уж постаралась бы, чтоб малыш не почувствовал пустоты после ухода отца, собой заполнила бы ее, пока Софи не подыскала бы того, кто сможет любить ее сына не меньше, чем ее саму. Это она и посоветовала Людмиле, заставила узкие глаза расшириться от изумления: — Мне, что ли, в Кемерово ехать?! — Забери их к себе, если так волнуешься о внуке. У тебя же не маленькая квартира. — Это он тебе сказал? Обида в голосе, точно сын совершил очередное предательство. Пришлось опять вступиться за Макса: — Это легко предположить по тому, что раз у тебя есть дача в Переделкино… Людмила перебила: — А почему я должна идти на какие-то жертвы? Ребенка к себе поселить… А вы будете в койке валяться в это время! — Твоя христианская и родственная любовь заканчивается на пороге твоей квартиры? – Ольга улыбнулась, что должно было отозваться новой вспышкой ярости. – Как, кстати, зовут твоего внука? Почему ты все время говоришь о нем как-то абстрактно? Сколько ему лет? |