Книга Бывший. Верну тебя, страница 50 – Вика Тверская, Ольга Игонина

— То есть ты сейчас при свидетелях так запросто утверждаешь, что готов дать ложные показания? — Марк принимает уверенную позу, складывает руки на груди. Его спокойствие передается и мне.

Рокотов на мгновение теряется, но тут же берет себя в руки.

— Если твой муж захочет сесть вместо тебя, не мне ему запрещать. — Обращается ко мне, игнорируя Марка.

Что же у них там произошло, в их прошлом?

— Ничего мы подписывать не будем! — подчеркиваю “мы”. Марк одобрительно кивает. — Что там, кстати, с полицией? Приедет или как? Может, вы нам поможете? — последний вопрос адресую охранникам.

— А мы тут причем?

— У вас же лицензия есть, вот мы с вами сейчас сразу все следственные мероприятия проведем. На камеру, пожалуйста, снимайте! У меня, если что, на телефоне хорошая.

Оглядываюсь в поисках сумки.

Вся компания смотрит на меня с недоумением. Да уж, лучше бы я дома осталась, какао пила и с дочкой играла, чем сейчас себя от “преступления” отмазывать.

— Лицензия у нас есть. На что надо. А на криминал мы не подписывались, — блеет второй охранник, с абсолютно круглыми глазами. Низенький и худой, форма на нем чуть свободная, как будто досталась от старшего брата.

— Я вас уверяю, что меня пырнула эта женщина. Оксана Аверина. Хотела убить, но сил не хватило пробить грудную клетку, — Рокотов поворачивается, ищет позу, чтобы его ранение лучше было видно. При этом играет мускулами, видимо, чтобы все заметили и оценили, какое у него прекрасное накачанное тело. — Что ж ты, Аверин, жену не проконсультировал, как бить надо?

— А что вы с чужой женой в номере делали? Может, за дело получили? — крупный охранник осматривает меня с ног до головы.

— Как вы со мной разговариваете? — Рокотов рычит. Если бы не роль потерпевшего, наверное, кинулся бы драться. — Вы знаете, кто я? С моими связями вы даже на помойке работу не найдете. С этой мы любовники, следы на кровати это подтвердят. А потом она решила меня убить.

Все переводят взгляд на меня.

— Никакие мы не любовники. И у меня руки чистые, — выставляю ладони вперед, как ребенок. — На мне вообще ни капли крови.

Верчусь на месте, как будто хочу показать себя с разных сторон. На лицах зрителей никаких эмоций. Только Рокотов начал громко стонать.

Охранник, который поменьше, подходит к кровати. Щурится, внимательно осматривает покрывало.

— Конечно, уже на тебе нет крови, ты же в ванной была, руки мыла. Вы можете с ручки на двери отпечатки снять, пока она их не уничтожила, — смотрит мне в глаза хищным прищуром.

Чувствую себя, как в дешевом сериале про ментов или детективов, где я исполняю сразу несколько ролей — и потерпевшая, и сама себе адвокат.

— Кровать смята. Вот так при живом муже, с чужим мужиком можно кровать топтать, — как будто отчитывает меня. — В ванной тоже смотрел — все сухо, следов, что кровь смывали — тоже нет.

— Так она могла все вытереть! — не унимается Рокотов.

— И полотенца заодно проверим — есть ли на них следы от воды. Они ведь явно не должны были успеть высохнуть.

— Там есть полотенцесушитель! — довольно пищит Елена.

Поражаюсь их упорной вере в свою безнаказанность.

— Андрей, ты ведь сам видишь, что твоя версия рассыпалась на стадии идеи, — Марк подходит ко мне. — Поэтому мы сейчас просто уйдем, и ты нас оставляешь в покое.